- Надо забраться наверх, там моя рубаха. Переоденешься. Я разведу костер, высушить твои одежды. Потом отведу тебя домой.
Свен взял Эльду за руку и потянул за собой на холм, причитая себе под нос что-то о необычности и странности ее имени.
Они сидели возле костра. Эльда в расслабленной позе, немного сгорбившись и склонив голову на бок, любовалась голым, хорошо развитым (для его лет) торсом Свена.
- Зачем ты пошла рыбалить, если отец тебя плавать не научил? Мало ли что на озере случиться может.
В его больших глазах повис немного ленивый взгляд, в котором было что-то кошачье.
- У меня нет отца, он погиб, а матери и тетке не до этого. Я даже не знаю, умеют ли они плавать.
- Как же они тебя отпустили? – удивился Свен.
- Тетка больная лежит, а мать в Новгород ушла с киевскими гостями[1]. А есть-то что-то надо, вот я и хожу то по грибы-ягоды, то за рыбой. Запасы трогать нельзя до холодов. А лето в самом разгаре.
Эльда говорила неспеша, мягким, мелодичным голосом с нотками чувственности. Ее бархатистый голосок и милая улыбка вызывали симпатию. В какой-то момент Свену показалось, что она пытается вызвать жалость к себе, впрочем, он и без этого готов был стать для нее опорой и помогать ей.
- Где вы живете? – поинтересовался Свен у Эльды, - я тебя в крепости не видел ни разу.
Волосы парня начали подсыхать и непослушно спадали на лицо. Он то и дело вскидывал голову, стараясь закинуть их за спину. Эльда с восхищением смотрела на его золотистую гриву, довольно жесткую и густую. Волосы неплотно прилегали к голове, они сначала как бы несколько отходили от нее, а затем — ниспадали, рассыпаясь по плечам.
- Мы живем не в крепости. В урочище на правом берегу реки.
- Напротив крепости? – уточнил Свен.
Эльда кивнула. Но вдруг в ее глазах застыл страх, нижняя пухлая губка непроизвольно оттопырилась, девушка всхлипнула, и в уголке глаз появилась слезинка. Она вся сжалась и была похожа на затравленного зверька.
Свен, не понимая, что произошло, наклонил голову и заглянул в ее большие голубые глаза, полные слез.
- Ты чего это вдруг? – поинтересовался он ласковым голосом.
- Как же я доберусь до дома? Я полагаю, - она утерла все же скатившуюся слезу, - мы на другом берегу?
- Глупыха! - усмехнулся Свен. - Обсохнешь и пойдем в поселение, возьмем лодку, и я перевезу тебя.
Губы Эльды расползлись до ушей.
- Нет, возьмем две, - продолжал Свен, - сдается мне, лодка у вас была одна, и та уплыла в Ильмень-озеро. Одну вам оставлю, а на другой домой возвернусь.
Когда он говорил, его голос скакал то вверх, то вниз, а порой он издавал какие-то нервирующие хриплые звуки, отчего парень останавливался посередине предложения. Но Эльда принимала это за застенчивость и робость.
Они шли в поселение неспеша, и всю дорогу Свен украдкой бросал на Эльду взгляды. Она все больше и больше нравилась ему. Сейчас, когда волосы ее просохли, они оказались не просто светлого тона, они были, как снег, переливающийся на солнце серебрёнными оттенками. Легкий ветерок игриво играл с ними, и, развиваясь, они казались легкими и мягкими.
- Да как же вы там одни без мужиков живете? Страшно, поди?!
Его большие глаза цвета гладко отшлифованного янтаря смотрели на девушку очень внимательно. От ленивого взгляда не осталось и следа.
- Да моя мать справляется с мечом не хуже самого воеводы Франмара, – гордо вскинув голову, заявила Эльда.
Свен ничего не ответил, но его глаза смеялись.
Он, как и обещал, перевез девочку на другой берег и оставил им лодку.
- Завтра приду, - сказал он на прощанье тоном, не терпящим отказа. - Научу тебя ловить рыбу копьем. Это безопаснее. Да и плавать надобно уметь. У воды живешь.
Свен переправлялся через реку почти каждый день, чтобы увидеть Эльду. Они ходили вместе за грибами, ягодами, рыбачили, и Тора была довольна сыном, возвращающимся с полными корзинами.
Однажды Свен пришел к Эльде с двумя деревянными мечами. Девочка смотрела на него своими большими, непонимающими глазами.
- Не знаю, мать тебя учит владеть оружием или нет. Ты говорила, она кое-что понимает в этом, - с усмешкой говорил Свен, протягивая деревянный меч Эльде.
- Я говорила, что моя мать владеет мечом и секирой не хуже воеводы, - гордо парировала девушка. - Она пыталась учить меня, но мне это не интересно.
- А что тебе интересно? – с любопытством поинтересовался парень.
- Целительство. Я в травах хорошо разбираюсь. Знахаркой хочу быть.