- Ты оборонительные стены разглядел? – с усмешкой спросил его Свенельд. – Их же ни напором, ни силой не возьмёшь. Только если сам Локи[8] на подмогу придёт. Да, до кучи, по их законам, у входящего в город при себе никакого оружия не должно быть. МудрО, однако!
Торгами Свенельд остался доволен.
Возвращаясь в Киев, Свенельд решил не спешить и воплотить в жизнь свою очередную безумную идею.
[1] Домотканое грубое некрашеное сукно.
[2] Отчаянный.
[3] Пятый порог – самый грозный и опасный – «Ненасытец».
[4] Удачливый
[5] Рубины и сапфиры
[6] Изумруды
[7] Алмазы
[8] Локи - бог хитрости и обмана в германо-скандинавской мифологии
xxx
У Днепровских порогов он оставил лодки, а сам с отрядом человек в сто верхом направился в сторону лагеря печенегов.
- Завтра на рассвете нападём, - озвучил он своё решение дружинникам.
- А по што нам на них первыми нападать? Может, пройдём стороной, они нас и не тронут.
- Сегодня не тронут, а что завтра будет, никто не ведает. Я же хочу договор с ними заключить, чтобы проходили мы через них без помехи, не делая никаких обходов.
- Да уж договоры с ними известные - дорогие дары, да откуп, - сказал кто-то за спиной Свенельда.
— Значит, надо им предложить что-то такое, от чего они не смогут отказаться, - хитро улыбаясь, ответил воевода. - Первый налёт сделаем упреждающий. Будем действовать как они сами - стремительная конная атака, без прицела обстрел из луков и устрашающий оглушительный крик. Рожи размалюем, на головы нацепим малахаи[1] да треухи[2].
- Как берсерки, - вставил Миронег.
Свенельд кивнул в знак согласия.
- В бой не вступать, невольников не брать.
Всё прошло, как и планировал воевода. На заре налетели, словно стая воронья. Подвизгивающие крики налётчиков смешались с разгоряченными хрипами лошадей. Некоторые лихие наездники, вознося хвалу Свенельду за то, что он заставлял их учиться ловко сидеть верхом, демонстрировали молодецкую удаль на лошадях, поднимая клубы пыли. В лучах восходящего солнца устрашающе смотрелась не только боевая раскраска на лицах, но и мудрено надетые меховые шапки на головах. Пока печенеги сообразили, что к чему, и похватали колчаны со стрелами, всё уже стихло.
На другой день с рассветом Свенельд со своими людьми снова скакали к стоянке печенегов. Но, увидев впереди выстроенные по кругу повозки на подобие степной крепости, Свенельд поднял руку, приказывая отряду остановиться, а потом, развернув коня, крикнул: «Уходим!», и поскакал прочь от печенежского лагеря.
Позднее на совете дружины он объяснял:
- Учитель мой берсерк рассказывал, что печенеги привычны к бою на лошадях. В этом им нет равных, разве что хазары лучше их. Но по мне, что те, что другие шакалы степные, хрен редьки не слаще. В одном из сражений с византийцами они вот также огородились повозками. Кони ноги пообломали, верховых посбрасывали, а уже на земле печенеги их и добили. Мы сделаем по-другому. На вечерней зорьке тихо, крадучись, подойдём к ним пешими с секирами и топорами, как наши предки варяги. Разрушим укрепление и ворвёмся внутрь. А там они, зажатые с одной стороны нашими щитами, а с другой собственными повозками, примут смерть свою.
- Наложниц брать? А добро забираем? - посыпались вопросы со всех сторон.
Свенельд сначала удивлённо раскрыл глаза, а потом, хихикнув, спросил:
- Вы что, в походах давно не были, коли забыли обычаи наши?
Вокруг одобрительно заулюлюкали.
К вечеру появился стелющийся над земной поверхностью туман, и вскоре сплошная густая пелена скрыла надвигающуюся угрозу для печенегов. Русичи появились словно из неоткуда.
Под их натиском в цепи печенегов оказалась брешь, куда и хлынули дружинники Свенельда. Битва шла внутри печенежского стана, когда воевода увидел неподалеку от себя сражающегося Миронега с невысоким, худеньким печенежским парнишкой. Несмотря на то, что физически он во многом уступал плечистому росу, он неплохо орудовал своей легкой саблей и ловко уворачивался от ударов Миронега. Что-то насторожило Свенельда в виде печенежца, и его острый взгляд разглядел два небольших полушария в районе груди под легкой кольчугой.
- Брат! – крикнул он во всё горло. – Мне нужна она живая. Выбей саблю из рук и плени её.
Миронег тут же притворился, что оступился, и девушка, издав восторженный крик, начала атаковать его, но мужчина, отпрыгнув в сторону, нанес удар по голове, лишив её сознания. Печенежка покачнулась и начала оседать. Миронег закинул её к себе на плечо и стал размахивать мечом, прокладывая себе дорогу.
- Поджечь и уходим! – раскатился в воздухе голос Свенельда.