«Как раз добегу до воды, и солнце взойдёт», - пролезая через лаз и направляясь к реке, подумал отрок.
Святослав бежал по покрытой росой траве, и в лучах солнца ему казалось, что он бежит по полю, усыпанному жемчугом. Добежав до реки, он остановился у самого края и, закрыв глаза, подставил лицо золотым лучам Солнца. Затем он открыл глаза и хотел было уже нырнуть в воду, как вдалеке увидел лодку. Кто-то сидел в ней, словно уснувший, склонив голову на грудь.
Князь нырнул в прохладную воду. Через минуту его голова показалась на поверхности, и, стараясь бесшумно грести руками, он всё ближе и ближе подплывал к лодке. Он без единого всплеска снова нырнул. Оказавшись у лодки, юнец лишь вытянул руки, зацепился за бортик и подтянулся. На него смотрели растерянные и даже испуганные глаза Маланьи. На её коленях что-то лежало, что она старалась прикрыть руками.
Святослав поздоровался, и попросил разрешения залезть в лодку. Девочка, находясь в каком-то ступоре, лишь молча кивнула. Князь забрался в лодку и, стянув мокрую рубаху, вопросительно посмотрел на Маланью.
- Ты никому не расскажешь? –несмело пробормотала она.
- Про что?
Святослав пытался рассмотреть, что же у неё на коленях. Маланья развела руки в сторону, полы безрукавки разошлись, и взору князя предстала небольшая книга.
- А зачем ты похитила её? – недоуменно спросил он, округлив глаза.
- Я положу её потом обратно. Когда дочитаю. Я так всегда делаю.
- А почто не читаешь в хранилище? Почто спозаранку в лодке сидишь на реке?
- Так туда ходить специально надо. А так взял и читай в удовольствие, когда время есть, - объясняла Маланья. – А на реке сижу, чтобы никто не увидел. После я поставлю на место, никто даже не прознает, что я её забирала… Если ты, конечно, не сболтнёшь, - опустив глаза, добавила она.
Не любящий читать Святослав все равно не понимал, зачем надо было хапнуть книгу из хранилища, да еще читать её в лодке.
- Про что книга-то? Небось интересная, если ты спозаранку, до зари, на реку пришла?
- Нет, я с вечера тута, - весело хмыкнула Маланья. – Ночи-то светлые, можно долго читать. Вот думала теперича трапезничать.
С этими словами она достала из запазухи кусок хлеба и, поделив его пополам, протянула один Святославу.
Он поблагодарил и спросил еще раз про книгу.
- Про Александра Македонского. Царь такой был.., - начала Маланья.
… Святослава никогда не вдохновляли эпические приключения викингов, рассказываемые «дядькой» Асмудом, оставался он равнодушным и к сказаниям о Валгалле, легендарной великой обители павших воинов. Его не интересовали ни грабительские набеги, ни исследование новых земель.
Но, слушая рассказ этой девочки, он был поражен, как двадцатилетний Александр, зайдя на престол отсталого государства, со слабой армией смог расширить границы своей земли, присоединив к ней богатые плодородные приморские земли с важными торговыми путями и горы с богатыми серебряными рудниками. Он внимал каждому её слову, покусывая свою нижнюю губу и широко раскрыв большие светло-синие глаза.
- Однажды я тоже двину в походы на завоевание новых земель для государства, - восторженно сказал он, когда Маланья замолчала. - Сначала я пойду на восток против хазар, чтобы они не мешали торговли с Азией. Воевода Свенельд рассказывал однажды, как попал в переделку на Каспии. Озверелые эти хазары. А «Серебряный путь» должен принадлежать мне, должен быть под надзором росов. Ведь так?!
Маланья широко улыбалась, и ее глаза в лучах солнца отливали полированным янтарём.
- У тебя всё получится, я это точно знаю, - уверенно произнесла она.
Со стороны берега они услышали какие-то крики, люди суетились, бегали, кто-то отвязывал лодки, толкая их к воде.
— Это по нашу душу, - смеясь, прокомментировал Святослав.
— Это по твою душу, - уточнила Маланья. - Ты Великий князь, а я никто, прогуляться по утру вышла.
- Спрячь книгу, - скомандовал князь, налегая на весла. – Расскажешь потом про Великого Александра, - то ли спрашивая, то ли приказывая, кинул он засовывающей книгу под рубаху девочке.
Лодка причалила. Добрыня стоял насупившись, широко расставив ноги и скрестив руки на груди, зло глядя на подростков.
- Главный воевода Киевский пожаловал. Айда до гридницы, - приказал он и, развернувшись, пошел в сторону города.
По всему его виду было понятно, схлопотал он на орехи за отсутствие в общине Великого князя.
Святослав и Маланья вошли в просторное помещение для приёма гостей. Воевода, улыбаясь, подошел к подросткам и сначала отвесил низкий поклон Великому князю, а потом, раскрыв объятия, прижал отрока к себе, троекратно расцеловав. Потом, обняв девочку, он тяжело вздохнул и так же троекратно её поцеловал.