— Чего ты хочешь… от меня?
— Смотри… Ты видишь этот город? Чувствуешь запах моря, запах цветов, соли и свежести? Что ты готова отдать ради того, чтобы он жил? Своё прошлое — память и то, чего ты так и не смогла вспомнить? Настоящее — то, чего ты никак не можешь разгадать? Будущее — то, о чём ты пока и не догадываешься? Или всё сразу — чтобы получить много больше? Смотри… и думай.
Темнота. Наконец-то…
— Лиз? Что случилось? — сильные надёжные руки. Знакомый запах степной полыни и солнца. Нужно открыть глаза.
Поморщившись, она шевельнулась. Как болит голова… А вокруг… Лизка осторожно огляделась… Какая-то площадь с журчащим фонтаном — чашей. Как она здесь оказалась, ведь до того, как… до того была в замке?
— Ты упала?
— Угу…
— Да? Ладно… Давай я помогу тебе подняться. Как ты здесь оказалась?
— Гуляла. О… — стены поплыли. Лизка нащупала на затылке комок слипшихся от крови волос. — Кажется, я ударилась…
— Я заметил. — Хмыкнул Странник. — Не стоило тебе бродить здесь одной.
— Почему? — она осторожно высвободилась из его рук.
— Город слишком давно опустел. Мало ли кто мог тут поселиться.
— У него же есть… этот, хранитель.
— Хранитель страшно устал. Он умирает уже много лет. То, что мы видим сейчас — последние крохи энергии, которые он перестал беречь. Уже незачем.
— Но… Это всё…
— Впечатляет, да? — грустно усмехнулся мужчина.
Девушка кивнула.
Странник покосился на темно-синее непрозрачное небо. Моргнул, словно отгоняя какую-то неприятную мысль, и предложил:
— Хочешь, посмотрим город?
— Изнутри? — улыбнулась Лизка. Она чувствовала себя много лучше. Осталась только… даже не тревога, тень тревоги.
— Конечно.
Через несколько минут, медленно шагая по улице и разглядывая дома:
— Странник?
— М?
— Ты знаешь, зачем я здесь?
— Знаю.
— Но не скажешь.
Он улыбнулся, запрокидывая голову.
— Ты должна понять сама.
Они постепенно приближались к порту, когда Странник свернул в узкую улочку и с улыбкой устремился в одному ему известном направлении.
— Ты куда? — окликнула Лизка.
— Идём. Скоро увидишь.
Главные ворота города. Площадь с фонтаном, высокие дома, широкие улицы, расходящиеся звездой.
— Смотри. Здесь есть что-то, что кажется тебе… своим?
— Своим? — нахмурилась Лиса. — С какой стати мне…
Странник махнул рукой.
— Не думай. Просто смотри. Постарайся почувствовать.
Через некоторое время, тихо и уверенно:
— Я поняла. Есть…
— Ты спрашивал, что связывает меня и Странника. Помнишь? — лёгкое и нежное прикосновение губ к макушке.
Мираэль запрокинул голову, глядя в глаза девушке, сидящей на спинке глубокого кресла.
— Конечно помню. Но мы решили больше не говорить об этом.
— Сейчас я хочу это изменить. Я должна рассказать тебе о своём отце. Настоящем.
— Это всё-таки правда… про твою мать и того эльфа… Тарриэля?
— Правда. Я наполовину оборотень, наполовину эльф.
— У тебя нет второго облика.
— Нет. Только это ничего не меняет. Я элья. Единственная… полагаю. Матери удалось это скрыть, пока я была ребёнком. А когда выросла — обнаружила в себе талант мага иллюзий. Мало кто в Данноре может похвастаться тем, что видел мой истинный облик.
— Сейчас это тоже иллюзия?
— Нет. Здесь практически не действует чужая магия. Этот город сам не позволяет… Но и раньше… я от тебя не скрывалась.
— Мы знакомы чуть ли не с раннего детства.
— Да. Иф и император что-то праздновали у нас дома…
— Годовщину знакомства… отец впервые вял меня с собой в город… неофициально. В тайне от матери. — Улыбнулся принц. — Она была бы очень недовольна…
— Там ещё был Фет. Помнишь, он нас и познакомил…
— Когда увидел вино, которое принёс отец. Понял, что дальше им будет слишком весело…
— О да… Они даже мать ухитрились уговорить выпить вина.
— А потом она устроила соревнование по метанию огненных шаров в движущуюся мишень.
— Та соседка сама была виновата. Незачем было называть маму «сукой блохастой»…
— Я испугался, думал, Иффен её убьёт.
— Но Фет и император помешали.
— А потом мы залезли в её лабораторию…
— Фиолетовые пятна на потолке до сих пор не отмылись. — Хихикнула девушка. — И окно так и осталось заколочено.
— А чучело горгульи, на которое мы пролили оживляющее зелье? Отец ещё отбивался от него стульями, пока Иффен искала какой-то порошок, способный развоплотить зомби…