Оказавшись в шаге от смерти, Граннифер замешкалась. Поднимавшиеся от земли потоки теплого воздуха коснулись ее лица. Со стороны моря наплывали ставшие особенно яркими в закатных лучах, словно соблюдающие один им ведомый строй, облака. Лурх раскинулся внизу — высокие крыши, золотые шпили и широкие улицы, по которым бежали люди. С высоты башни Гранни увидела, что в городе происходит что-то странное.
Толпы людей как-то слишком быстро поднимались к центральным воротам дворцового парка, а в противоположную строну двигались отряды гвардии. Но не ровным строем, а поддавшись общей сумятице, перебежками преодолевая квартал за кварталом и стекались темной лужицей у ворот, ведущих на центральный причал.
По озеру, похожему на огромное серебряное зеркало, поймавшее в себя весь свет заходящей Тари, двигался к причальным башням невероятного вида флот. Место флагманского корабля занимало чудовище, покрытое светящимися рунами. Тысячи невиданных существ следовали за ним: золотые рыбы с человеческими обнаженными торсами трубили в витые рога, полупрозрачные стаи медуз, черные скользкие змеи гигантских размеров окружали следовавший за гигантом парусник. Над этой фантастической армадой плыло облако, оно двигалось синхронно с маневрами появлявшейся из пролива удивительной армии, как призрачное отражение в голубом зеркале неба.
Кто-то схватил Гранни за локоть. Она обернулась, едва не сорвавшись вниз.
— Ты все испортила, это ты убила их, почему ты так меня ненавидишь?! — Крисцелла впилась в плечи девушки и начала трясти ее так, что пальцы, которые уже сводило от напряжения начали соскальзывать с перил.
Если минуту назад девушка была уверена, что должна покончить со своей несчастной жизнью, и сама была готова бросится на камни двора, по которому как муравьи, бегали люди, то теперь она из последних сил цеплялась за жизнь, уворачиваясь от ударов разъяренной Крисцеллы.
Видя, что столкнуть девушку не получается, Крисцелла обхватила ее двумя руками. Гранни, вынужденная цепляться за балкон, не могла ей помешать. Оседлав перила и продолжая толкать Граннифер, Крисцелла выкрикивала ей в лицо бессвязные фразы.
— Думаешь, обманула меня и сможешь сбежать? Я жизнь положила на то, чтобы вернуть тебе королевский титул, а ты бросила его мне в лицо, неблагодарная тварь! Ты умрешь вместе со мной, и твои последние мгновенья будут расплатой за то, что ты сделала. Знай, ты никогда не была мне дочерью, твой верный пес только что убил твоего брата, ты сама разрушила великую, счастливую жизнь, которую я готовила для нас!
Побелевшие глаза Крисцеллы уставились на что-то выше головы Гранни. Порыв ветра раздул ее волосы, подол черного платья захлопал на ветру. Как не была потрясена, Граннифер смогла перевести взгляд, чтобы понять, куда смотрит Крисцелла.
Тари закрыла тень, а потом в ее лучах, отливая золотом и кровавыми отблесками заката, мелькнули белоснежные крылья. Их обладатель стремительно приближался. На его груди сияла алмазным блеском звезда, а в руках был лук, стрела была направлена в сторону застывших в смертельном объятии женщин. Зазвенела тетива, и стрела с белым оперением пронзила горло черной королевы.
Ее тело падало, словно погружаясь в глубину мутных вод. Раскинув руки, как огромная черная птица, Крис летела, а на ее снова ставшем прекрасном лице застыло восторженное удивление. Девушка смотрела на это падение не в силах отвести взгляд, пока не поняла, что в тот момент, когда Крисцелла выкрикивала ей в лицо свои проклятья, она разжала руки и не сорвалась вниз только потому, что кто-то удерживал ее, крепко обхватив за плечи.
Прижавшись к холодному камню перил, в иссеченной ударами клинков одежде, с перекошенным лицом, облепленным красными от крови, всклокоченными волосами, отбросив в сторону меч, Лан обнимал Граннифер, зажмурившись так, словно, не удержи он ее, готов был в следующий миг прыгнуть вслед за ней.
Глава 42. СВЕТЛЫЙ ЛЕС
Мы вошли под древние своды. Как только последний бурграх пересек порог, наш проводник, до сих пор не проронивший ни слова и ждавший, когда маленький отряд окажется полностью внутри просторного зала, развернулся и повел нас по тоннелю, превращавшемуся где-то в конце пути в светящуюся точку. За круглым залом последовал широкий коридор, все стены которого были покрыты то ли письменами на неизвестном языке, то ли причудливым орнаментом — буквы сменялись растениями и диковинными тварями, а те — переплетающимися линиями.