— Больно? — спросил я.
— Жжет зараза — мучительно выдавил из себя Саня — палец жжет и отдает вот сюда — он показал на тыльную сторону ладони.
В Афгане нас немного этому учили. Я повертел у себя во рту языком, вспоминая, нет ли на губах, деснах и внутренних сторонах щек каких — то ранок или трещин на коже? Кажется, нет. Я припал губами к ранке на Санькином пальце, пытаясь высосать оттуда яд. Сплюнул. Проделал это четыре раза или пять раз.
— Может, прижечь? — спросил Мишка.
— Не надо, это не помогает.
В свете фонаря было заметно, что Санин палец успел припухнуть и порозоветь, хотя прошло всего две три минуты. Даже при тусклом свете было заметно, что Саня сильно побледнел.
— Ты, главное, не раскисай — сказал я ему — сейчас возвращаемся наверх, в байдарку и в больницу. Укус гадюки, если он не в голову или в шею, не смертелен. Но неделю — другую проболеешь. Поэтому, нужна или сыворотка или чего — то там другое. Словом, нужен врач.
Чувствовалось, что Санька внутренне дрожит. Налицо были явные признаки ощущений от постулатов современной психиатрии и информации: змея — это 'подарок' от Люцифера…
— Плюнь, старик! — стукнул его по плечу Михаил. Гадюка! Разве же это змея?! Это безалкагольное пиво на фоне опохмелки — морально поддержал он Саню.
Мы сложили инструменты к стене, и пошли к выходу.
Я помог Сане выбраться сначала на крышу проема, затем он по нашей сучковатой жердине поднялся на берег, а за ним и мы с Мишкой.
У ямы нас дожидался только Валерка. Вовка с Игорем разбирали нашу палатку.
— Что случилось? — спросил Валерка — заметив на наших лицах озабоченность.
— Валера, в Хахалах есть больница? — спросил я
— Есть, конечно, а что случилось? — повторил он вопрос.
— Саню гадюка укусила, поэтому, бери байдарку и дуй с ним в больницу.
— Валера, сказал я ему — отведя в сторону — я точно не знаю всех последствий от укуса этой твари, но помню в детстве у нас жил на улице мужик, которого еще маленьким укусила змея. Знаю одно, что после этого укуса он болел всю жизнь. У него и ноги отнимались, и с сердцем были проблемы. Старушка — знахарка, которая жила на нашей улице, утверждала, что все проблемы у него именно из — за этого укуса.
Поэтому, если в вашей деревенской больнице нужных лекарств нет, что вполне вероятно, то обязательно добейся, чтобы их привезли. Хоть из области.
— Все понял — сказал Валерка и пошел готовить байдарку.
Завидев нас, Вовка и Игорь оставили палатку и подошли. Узнав в чем дело, Вовка осмотрел руку брата: она стремительно опухала и принимала фиолетовый цвет.
— Валера — крикнул Вовка — ты оставайся здесь, я сам отвезу Саню.
Мне подумалось, что лучше, если Вовка останется здесь. Во — первых, Валерка местный и быстрее разберется со своими докторами. А во — вторых, Вовка будет незаменим, если неожиданно нагрянут горьковские искатели брильянтов.
Вовкин рост, мужественный взгляд и взрывная решительность не раз охлаждали амбиции самых ярких драчунов и хулиганов, с которыми доводилось встречаться.
Я высказал Володе по поводу Валеркиного преимущества в деле общения с деревенскими медиками и Вовка с этим доводом согласился.
Наконец, байдарку спустили в воду. Бледный, как простыня Саня, придерживая левой рукой правую, уселся впереди. Валерка с веслами сзади. Мы их оттолкнули от берега и, через минуту их байдарка скрылась за поворотом.
Перед отплытием, я наказал Валерке, что если Саню оставят в больнице, то сам он пусть бегом возвращается в Монастырь. Если не оставят, то лучше Саню отправить домой. Для этого Валерию необходимо проводить Александра до самого Горького и передать в руки его домашним. Уже после этого возвращаться сюда. Так и договорились.
Мы немного посидели на бревне, покурили. Володя, подбросил в костер дров и разогрел банку тушенки. Пока он стряпал, мы рассказали ребятам о наших приключениях в подземной галерее, и о возможном гроте или отдельном подвале, вход в который замурован.
— Я пойду с вами, — убежденно сказал Вовка, заинтригованный рассказом. В его романтической голове давно колобродили мысли о несметных пещерных сокровищах, которые он обязательно найдет, как только спуститься в подземелье.
— Между прочим — сказал он — я вычитал в 'Науке и жизнь' статью, где сказано, что за всю историю золотодобычи на Земле получено всего 150 тысяч тонн золота. Из них почти треть покоится на морском дне вместе с утонувшими кораблями и спрятано в земле в виде кладов.