— У Марины проблемы, да? — Не выдержав, прервал ее Чеботарев.
— Да, — вздохнула женщина, — из школы она ушла. Поцапалась с кем-то там.
— Давно?
— Вчера. Второй день сама не своя ходит.
— Сейчас трудно найти работу, — сказал Чеботарев. — Особенно по специальности.
— Да я знаю. Придумаем что-нибудь. Я тоже виновата, — сетовала женщина, проворно гоняя утюг по брюкам Сергея Степановича, покрытым влажной тряпкой, — ей и без того сейчас тяжело, а я ее пилю. Но вот вы скажите — взяла и какому-то ученику "двойку" влепила, а ее предупреждали ведь, как люди. Разве не глупо?
— Глупо, конечно, — искренне удивился Чеботарев. — Стоило из-за этого работу терять…
— У нас в стране правду искать — все равно что под дождем белье сушить, — продолжала ворчать женщина. — Одни неприятности от этой правды, а денег ни копья. Другая учительница теперь придет, "двойку" на "пятерку" этому оболтусу переправит — и всего делов. А Маринке теперь маяться. С лица спала уже.
Полина Александровна догладила костюм, рубашку, аккуратно сложила все и перекинула через руку Чеботареву.
— Так не помнется. Заходите, если что понадобиться, — улыбнулась она. — Мариночка, Сергей Степанович уходит — крикнула она в направлении двери. Девушка вновь возникла в проеме, прислонилась к косяку.
— До свидания.
Чеботарев потоптался на пороге, а затем вдруг выдавил из себя:
— Полина Александровна, а вы ведь обычно по вечерам в парк гулять ходите? — а сам покосился на Марину, силясь прочесть по лицу ее реакцию. Реакции не было никакой.
— Давно уже не была. Погода холодит.
— Давайте сегодня все вместе пойдем, — предложил Чеботарев, — делать все равно нечего.
— Мне не хочется, — произнесла девушка, — вы идите вдвоем, я дома посижу.
— Ну, по другим временам я бы предложил ресторан и катание в кабриолете, — беспричинно повеселев, напирал Сергей Степанович, — на худший случай вип-зальчик в кинотеатре. Парк по сравнению с вышеперечисленным обладает единственным преимуществом — за прогулки по нему не берут денег. Пока еще не берут.
— Настроения нет, — но девушка все же улыбнулась.
— Не отказывайтесь, Мариночка. Боюсь вас обидеть, но все же скажу — вы похожи на бледное привидение. Ваши ученики, завидев вас сейчас, разбежались бы с криками и не спали бы ночью. Кроме того, вы будете свидетельствовать перед всезнающими соседскими бабушками во дворе, что моя с вашей матушкой прогулка по парку не носила ничего предосудительного и я не делал ей непристойных предложений.
— Я бы, кстати, не отказалась от непристойного предложения, — рассмеялась Полина Александровна, — мне его уже лет двадцать как никто не делал.
— Так я зайду часам к семи?
— Ладно, уговорили, — согласилась девушка. — Только одевайтесь теплей. В парке трава мокрая от дождя.
— Утеплю все, что смогу, — пообещал Сергей Степанович и ушел, не прощаясь.
К семи часам он, как и обещал, вновь позвонил в дверь Полины Александровны. Снова открыла Марина. Она была уже одета для прогулки — джинсы, свитер, кроссовки, в руках — дутая куртка. Сергей Степанович был по-прежнему облачен в костюм, только что отглаженный заботливой соседкой. Поверх было наброшено пальто — видимо, Елена не забрала его потому, что на нем не хватало пуговиц и она сочла его негодным к употреблению. А так это было очень хорошее, строгого фасона пальто из тонкого кашемира.
— Угу, — буркнула под нос девушка, — нет, так не пойдет. Проходите-ка в мою комнату — мама все равно еще копается.
Чеботарев послушно поплелся за ней. Марина выдвинула ящик комода и ожесточенно принялась в нем копаться.
— Брюки я вам точно найти не смогу, обувь тоже, — посетовала она, — но по крайней мире свитер оденьте. Он однотонный и безразмерный, вам пойдет. И куртку вот эту — она на молнии, не будет видно, мужская или женская…
— Да нет, пальто теплое, — попытался протестовать Чеботарев, но девушка просто сунула ему одежду в руки.
— В парке мокро и отнюдь не стерильно. На скамейку присядете — пальто можно будет потом там же и похоронить. А оно действительно хорошее, поэтому жалко.
Чеботарев послушно облачился в предоставленные ему вещи. Куртка, действительно, почти подошла.
— Другое дело, — одобрила девушка, — пойду маму потороплю — а то мы до ночи не выберемся. А я долго, и вправду, гулять не хочу. Я себе на вечер работу придумала.
На улице было пасмурно, но еще относительно светло, а главное — безветренно. Парк находился от их дома минутах в десяти ходьбы, и они неторопливо побрели в его сторону. В воздухе пахло влажной травой. Попутчики перебрасывались редкими фразами, больше говорили между собой мать с дочерью, Чеботарев же оглядывался по сторонам и пытался с каждым глотком втянуть в себя побольше прохладного воздуха. Иногда он чувствовал себя здесь незнакомцем. Этой дорогой он ходил за всю жизнь раза два, три, да и знакомые окрестности при "личном знакомстве" выглядели иначе, нежели из окна автомобиля. Они стали более рельефными, наполнившись какими-то незримыми мелочами. Так скульптуры античных мастеров отличаются от лепных ангелочков на потолке и потому кажутся намного живее.