— Сорок четыре куска, как договаривались, причем сразу.
— Да ты что! Сто кусков! Видел, какая там хата!
— Мы договаривались на сорок четыре.
— Елена и больше даст. Хорошо, давай начнем с пятидесяти?
— А как же наша честь? — строго спросил Булыжник.
— Еще десятка за потерю чести — итого шестьдесят тысяч…
"Елена? О Господи, они везут меня к бывшей жене Чеботарева!" — догадался Витек, затихая под куском мешковины. Ситуация была безрадостной. Он уже успел догадаться, кто и почему его похитил, но был спокоен, что Сергей Степанович просто отдаст бандитам их деньги — по нынешним оборотам "Золотого Крюка" не такие уж большие — и все разойдутся, довольные друг другом. Теперь все крайне осложнялось. Елена видела Витька, когда он приходил к Чеботареву чинить кран. Елена видела и господина Витаса Жальгириса — и в опере, и на других презентациях позднее им доводилось встречаться. Их афера с эстонским бизнесменом вот-вот могла раскрыться.
Дорога до дома Бородянских занимала минут пятнадцать. Витек, впрочем, узнал, куда его везут, только когда Филипп отвлекся от беседы с подельником и начал, уже во дворах, пояснять шоферу, куда поворачивать, перечисляя и названия улиц.
Витек осторожно, чтобы конвоиры не заметили его пробуждения и вновь не хрястнули ему по голове чем-нибудь тяжелым, просунул руку в карман и нащупал сотовый телефон. Номер Арцибульдера он записал первым, поэтому вызов удалось дать через записную книжку телефона, избегая долгого набора в темноте, когда обязательно какую-нибудь кнопку перепутаешь.
Знакомые цифры высветились у авторитета на дисплее мобильника, когда он сидел в бане, поплескивая пивом на раскаленные камни. Алкогольный пар обволакивал его и дружков, на столе лежали вяленые лещи. Однако господин Жальгирис, как человек, хранивший общак и ежемесячно выплачивающий авторитету до 300 тысяч долларов, значился в списке людей, на вызов которых следовало отвечать незамедлительно — потому Арцибульдер ему свой личный номер и оставил.
— Ну? — произнес авторитет, что могло значить от "какого хрена ты меня дергаешь" до "как ваши дела, уважаемый, могу ли я быть чем-то полезен?"
— Похищен, — прошептал Витек, стараясь свести количество слов к минимуму. — Сантехникоманы… Вы сказали звонить…
— Понял, — налет разморенности отдыхом с авторитета сдуло моментально. Банда отморозков, пытающаяся подчинить себе рынок коммунальных услуг столицы, вновь напала на "Золотой Крюк", явно с целью украсть его, Арцибульдера, общаковские деньги. Теперь они не побрезговали и похищением заграничного бизнесмена, наплевав на то, какой урон наносят престижу страны на международной арене. Любовь к деньгам вкупе с любовью к Родине привели авторитета в бешенство. Он должен был разобраться с пришлыми хотя бы для сохранения собственного реноме.
— Куда тебя везут? — спросил он, сделав дружкам знак, чтобы, не теряя времени, собирались на дело.
Витек тихо передал названия нескольких улиц, произнес и фамилию — Бородянские… В этот момент покрывающая его мешковина откинулась, и грозное лицо Булыжника уставилось на него. Витек так и замер с телефоном у уха.
— Гляди-ка, проснулся, — сказал Булыжник, глядя на Витька, как ученый на мышь. — Еще и по телефону болтает с кем-то…
— Я в банк звонил, чтобы они приготовили… Вы ведь, наверное, выкуп требовать будете?
— Дурак, мы купаемся в бане, а требовать будем деньги!