Между тем драка между арцибульдеровскими мордоворотами и неутомимыми рэкетирами водопроводчиками постепенно дотлевала, как костер на ветру. С одной стороны, силы все же были неравными, с другой — Булыга просто устал от непрерывной раздачи тумаков и получения ответных реверансов. Однообразие надоедает, в конце концов, потому он утих и даже позволил связать себя собственной амбарной цепью. Арцибульдеровцы на всякий случай примотали его обрывками одежды к Филиппу, спиной к спине. Шора убежал немного раньше и вполне мог бы спастись, но неуемное любопытство подвело, как всегда: не утерпев, он решил все-таки вернуться на место битвы и посмотреть, что там происходит. Его тут же схватили и привязали к остальным. Потом братва расселась на траве, чтобы хоть немного перевести дух, а заодно пересчитать изъятые у налетчиков на квартиру Бородянской купюры.
— Эй, вы! Наши бабки не заховайте! — предупредил Филипп.
— Да заткнись ты, — лениво сказал арцибульдеровец. — С чего, кстати, эта соска вам такие бабки отстегнула?
— Может, хотела мальчишник организовать. Слышал про мужчин-проституток? — предположил другой.
— Да тут тысячи! На такие бабки можно футбольный клуб нанять! — возразил первый.
— А ты ее видел? Вот ты бы ее поимел?
— За такие бабки я и слона поимею, — пообещал бандит, продолжая пересчитывать и разглаживать на колене смятые бумажки.
— Сами вы шлюхи, а мы — частные сыщики! — гордо сообщил Шора. — Мы по спецзаданию работали!
— Доработались… — подал голос Филипп. — Вот интересно, как эти-то узнали, где мы находимся? Слышь, Булыга? Может, баба сама с ними спелась, чтобы нам не платить?
— Я не знаю. Может, позвонила им… А может, это вообще Алекс?
— Что еще за Алекс? — спросил один из арцибульдеровцев.
— Посредник. Мы ему часть доли должны, — мрачно пояснил Булыга.
— Посредником мы тоже займемся, — дружелюбно пообещал бандит.
— Да нет, это я им номер квартиры подсказал, — ни с того ни с сего беззаботно рассеял сомнения приятелей Шора. — Я внизу стоял, а они подходят и говорят — мы, дескать, из бюро социальной поддержки отцов-одиночек, не видел, никого подозрительного сюда не привозили? Я и говорю — да есть один, жутко подозрительный тип, под эстонца косит… Еще подумал — может, у него дети есть в Таллинне, может, он гримируется, чтобы от алиментов скрыться?
— Знаешь, Шора, — скорее прошипел, нежели выговорил Филипп. — Если эти гаврики нас не убьют, то тебя я точно похороню.
— Только тронь моего брата, я из тебя суповой набор сделаю, — пригрозил Булыга. — Я его сам убью. Ты не вмешивайся.
— Ну и пожалуйста, — обиделся Шора. — Я, между прочим, помочь хотел.
— Ты, Шора, дурак. Мы тебе что сказали делать? На стреме стоять! Надо было тебе языком молоть? Бабки уже у нас в руках были!
— Я и стоял! А про язык никто ничего не говорил. Предупредили бы заранее, что говорить в экстренных случаях, тогда другое дело.
— Я говорил — увидишь что-нибудь необычное, тут же предупреди нас!
— А что тут необычного, подумаешь, какие-то социальные службы во двор приехали! Может, они в третью смену работают, я знаю? Вот когда из окна на верхнем этаже стул вылетел, это и в самом деле смотрелось как-то нестандартно. Главное, его тут же сперли, хотя он и треснул пополам. Но я запомнил внешность вора, и незаметно прошел по его следу до квартиры в соседнем блоке. Если что, смогу опознать.
— Судя по всему, опознавать скоро придется нас, — вздохнул Булыга.
В стороне проявилось какое-то движение — это Арцибульдер возвращался из забытья после "поцелуя" бронзовым апполоном в лоб:
— Вы не подскажете, автобусы в это время суток еще ходят? — поинтересовался у него Шора, чтобы сменить тему разговора. — Не хотелось бы тратиться на такси до дома. Эти шофера дерут, как опричники…
Арцибульдер ощупал голову, удостоверился в ее наличии, и вместо ответа приказал своим дружкам заткнуть рэкетирам глотки. Кляпы на скорую руку соорудили из обрывков одежды плененных. Булыга сопротивления не оказал, Филипп страшно завращал зрачками и попытался вытолкнуть кляп языком, но только обслюнтявил одному из бандитов руку, за что вновь получил по морде. Шора же старался всячески содействовать любым интересным начинаниям, и старательно разинул пасть, как кошелку на базаре. В итоге его рот наполнился тряпьем почти по самые гланды. После чего он снова начал вращать головой во все стороны, стараясь не упустить ничего из происходящего.
— А этот малый забавный, — заметил один из бандитов, тыча в Шору пальцем. — Смешной, на чупа-чупса похож. Даже убивать жалко.