— То есть это заказ? — уточнил Витек.
— А вы, господин Жальгирис, очень чисто говорите по-русски. Поздравляю, так выучить наш язык за такой короткий срок.
— Вы меня, кажется, с кем-то путаете. По-русски я говорю с детства, поскольку родился и вырос в Москве… — голос Витька стал вкрадчивым. — Это не мистер Бородянский ли сообщил вам о том, что я из Эстонии?
— Правильно мыслишь, — кивнул следователь, — и тебе, идейный вдохновитель, по этому делу статей светит вагон с маленькой тележкой, потому что если он еще опознает в тебе сантехника, обокравшего его квартиру…
Но Витек, к недоумению строгого стража законности, только захохотал во все горло.
— Да вы не слушайте его! Он же параноик! Он вам, небось, еще и про образ сантехника в моем лице рассказывал?
— Не рассказывал, а заявил. Официально. Это разные вещи.
— Хорошо, заявил… А если он скажет, что это я организовал покушение на Ленина, потому что ревновал его к Анке-пулеметчице, с которой сожительствовал, вы тоже поверите?
— Мы никому не верим. Но все проверим. Что еще за Анка? Есть у нее адрес? Допросим…
— Адрес Анки — Новодевичье кладбище, аллея номер… не помню, какая аллея. Допросить ее будет проблематично, знаете ли. Нет, ну серьезно: Бородянский — потенциальный клиент психиатрической клиники. Сейчас я вам все расскажу, как на духу. Вот, пожалуйста, проследите за ходом моей мысли… Вы следите?
— Слежу внимательно. — следователь достал из нагрудного кармана ручку, собираясь запротоколировать все, в чем решил покаяться Витек.
— Итак, этот человек сначала утверждает, что я являюсь сантехником, хотя все это время я работаю на заводе, входящем в курацию треста, которым он сам руководит, и не сантехником, а слесарем-инструментальщиком 4 разряда. Потом он обвиняет меня в краже из его квартиры… Если я на самом деле был там, значит, в рабочей табели мне должен быть отмечен прогул. А этого быть не может. Вы же не предполагаете, что директор завода подделывает ведомости?! — и Витек сделал большие и круглые глаза.
— Проверим, — для солидности сказал ревизор. Указания топить директора завода от начальства пока не поступало.
— Обязательно проверьте… Далее: о какой краже может идти речь? Руководители стройтрестов сегодня получают так мало, что я вообще удивляюсь, как Бородянский сводит концы с концами. Вы же не подозреваете его в чем-то нехорошем, не так ли?
— Вы не переводите разговор… Это вы подследственный, а не Лев Семенович.
— Не подследственный, а подозреваемый, — поправила Марина.
— Это легко исправить! — снова начал вскипать следователь.
— Стоит ли? Вы по прежнему не верите, что у вашего заявителя не все дома? Ну посудите сами: разве человек в здравом уме нашлет проверку сам на себя?
— В каком это смысле?
— Да в прямом! Владелец практически полного пакета акций "Золотого Крюка", а равно всего, что связано с этим АО, является сам Лев Семенович Бородянский.
— Я чего-то не понимаю, — пробормотал следователь. Витек моментально засуетился рядом, надев на лицо соболезнующую физиономию.
— Да вы не расстраивайтесь… Лев Семенович приобрел акции, наша же компания лишь провела на заводе ряд профилактических работ. Согласованных с трестом и утвержденных, кстати, все тем же…
— Вы хотите сказать, что Бородянский купил ваше предприятие? — уточнил недоумевающий ревизор.
— Совершенно верно! — подтвердил и Чеботарев. — Нет, он, безусловно, болезненно подозрителен и маниакально экспрессивен, но ведь закон не запрещает таким людям руководить объектами — по крайней мере до тех пор, пока нет официального заключения врача!
— Вы, кстати, хотели просмотреть бумаги? Извольте, — не давая следователю вдохнуть, подключилась к разговору и Марина. Она встала за спиной у контролера и стала по одной вынимать бумаги из папки и класть перед ним на стол. — Вот, например, договор между АООТ "Золотой Крюк" и строительным трестом о проведении на заводе работ — в частности, по поставкам специального оборудования. Видите спецификацию на станки — они предназначены для производства специальных арматурных и бетонно-арматурных изделий, это вам любой специалист подтвердит. Вот акт о приобретении всех прав, а также обязанностей нашего АО Бородянским. В нем, кстати, оговорены и наши обязательства по изъятию сертификатов у владельцев за счет суммы, полученной от покупателя. Что мы и делали, пока вы нас не прервали… А вот очень интересные для вас бумаги — утвержденные господином Бородянским сметы на озеленение