-Мария... Соловьёва.. Андреевна,-стушевавшись, ответила Маша.
-Ну вот и чудесно! Пойдём, я здесь недалеко и живу, и работаю. Ты одна не справишься здесь, увязнешь в проблемах. А столичные классно умеют это делать приезжим, особенно таким молодым и неопытным,-Елена одобрительно посмотрела на Машу.
Елена оказалась владелицей богатого кафе-ресторана. Ещё сзади кафе был у неё небольшой клуб.
-А вон мой дом,-она указала на соседний дом от кафе. -я купила две квартиры, пятую и шестую. В пятой живу я. А тебе я могу отдать всю полностью шестую.
-А зачем Вам две квартиры?-не удержалась от любопытства Маша.
-У меня болела сестра Настя. Она отдельно там лечилась. Потом её увезли за границу, и сейчас она, слава Богу, здорова. Но квартиру я не стала продавать. И не зря,-Елена улыбнулась Маше.
-Спасибо Вам, я верну Вам всё,-сказала девушка, тем временем попутно оглядывая всё вокруг.
-Ты будешь официанткой в кафе. В клубе тебе лучше не работать,-как-то уклончиво сказала Елена. Маша понимающе кивнула.
Зайдя в шестую квартиру, которая считалась якобы "её", девушка восхитилась. По-сравнению с той, что она снимала, эта была - просто царскими покоями.
-Это однокомнатная квартира. Здесь - одна спальня, туалет с ванной, кухня, прихожая, и небольшая гостиная.
-Спасибо, благодарю,-молвила Маша, раскладывая свои вещи в шкаф.
-Может, ты мне не шибко доверяешь,-начала Елена. -я бы на твоём месте также себя вела бы, но... знай, я не собираюсь тебе делать зло.
-Ну, что Вы, я вам верю,-улыбнулась Маша.
-А вот я бы не советовала тебе быть такой доверчивой. Кстати, завтра твой первый, рабочий день,-сказала Елена и хлопнула дверью, выйдя из квартиры. Часы равномерно тикали.
Маша счастливо растянулась на кровати. Действительно ли так всё розово-малиново?
Задрипаный* - (о вещах) порватый, негодный, (о людях) побитый, тронутый.
Затрапезный* - то же, что и задрипаный (о вещах).
Гавкнуться* - гавкнуться, гавкнется, т.е. сломается.
Филологический* - говорится об институте. Филологический институт, в нём получают литературную специальность. Могут выйти оттуда писатели, поэты, прозаики и прочее...
Глава 3. Обман
Утром, когда солнце поднялось над горизонтом, я счастливо проснулась. А затем, с улыбкой на все тридцать два, побежала одеваться в униформу, что дала мне вчера Елена. Зайдя в кафе лёгким шагом, я остановилась около молодой девушки-официантки.
-Здравствуйте,-сказала я официантке. -сегодня я.. новенькая.
-Вы? Как Вас звать?-поинтересовалась девушка.
-Мария Соловьёва. Вы.. знаете?-немного запинаясь спросила я.
-О такой мне хозяйка не говорила,-нахмурилась девушка.
-А Вас как звать?-спросила я.
-София Гордон,-ответила она.
-Но я вчера...-начала я, но тут меня перебил незнакомый голос:
-О! Ленка новую принцессу охмурила.
Я оглянулась, и увидела старше себя женщину, в униформе.
-Здравствуйте,-тихо сказала я.
-Здравствуй, здравствуй,-ответила незнакомка. -я Ева Ледникова, а ты, Маша, я знаю. Ещё одна девочка, которую Ленка задурила.
-Не стоит тебе называть хозяйку Ленкой, -огрызнулась София.
-Почему задурила?-спросила я.
-Всех она девчонок заманивает к себе, мол, помогу, а потом начинает, петь песню соловушкой: если ты мне не доверяешь, я тебя пойму, но я не сделаю тебе зла... Она уже пела тебе такое?
-Да. Вчера,-ответила я, вспомнив, что говорила Елена перед уходом.
-А на утро, девочки плачут, потому что милиция замахивает: Ленка доносит, что девочки типа к ней пробрались, насильно заставили и т.п. Беги, Машка,-сказала Ева.
-Ева!-осуждающе покачала головой София.
-А что, Соня? Тебе не жалко невиноватых девочек? Не жаль эту Машу, которая не заслужила этой волокиты?-Ева сердито глянула на коллегу. Я схватила сумку и выбежала из кафе. На улице стояла... милицейская машина. Я - бежать. Я нырнула под кусты и деревья, а Ева уже доказывала, что здесь никакой девушки не было. Убежав с владений Елены, я ровно выдохнула и стала на дороге. Если я дальше побегу и буду оглядываться, люди легко поймут, что я нечиста на руку. Доказывай потом.
Я закрыла глаза. Опять я на улице, без денег, крова, и... нормальной жизни. Мне резко в глаза упал один объект. Школа. Я поняла, мне туда. Это был сентябрь, и школьники, ясное дело, уже учились. Только я вошла, как меня сразу же окружили резвые ученики. Я подошла к одной взрослой девушке, на вид, восьмой-девятый класс, и спросила: