— Ты ошибаешься. Я ненавижу тебя. Ненавижу за то, что ты сделал со мной. Я не узнаю себя, и это твоих рук дело.
— Да тебе было удобно забыть, какая ты в действительности. — Он с задумчивым видом дотронулся до красного пятна на щеке. — Мне не терпится напомнить тебе об этом. И напоминать много раз, meu amorzinho.
Кимберли тяжело дыша, смотрела на него.
— Тебе предстоит узнать, какая я, Люк. — Она прижала руку к горлу, стараясь успокоиться. — Сколько времени эта игра будет продолжаться?
— Пока мне не надоест. Ее охватил ужас.
— Но я должна вернуться домой, к сыну.
— Я не желаю больше слышать об этом «сыне», — прорычал Люк. — И запомни: когда в следующий раз ты решишься навесить отцовство на мужчину, то не жди целых семь лет.
Если бы у нее было ружье, она убила бы его за такую бесчувственность. Как убедить его в существовании Рио? Но вдруг она поняла, что не стоит этого делать. Все, что ей нужно, — это деньги, а он, кажется, склонен их дать… если она согласится возобновить с ним связь. Если бы только существовал другой способ достать деньги! Но кто, кроме Люка, может, не моргнув глазом, дать ей пять миллионов долларов? Преодолевая тревогу, Кимберли заверяла себя, что за короткий период с сыном ничего не случится — об этом позаботится Джейсон. Но у нее было предчувствие, что она, находится в большей опасности, чем сын.
— Две недели. Я смогу остаться не дольше, чем на две недели. И я не взяла с собой никакой одежды. Мне нужно что-то себе купить.
Она с гордостью отметила, что говорит безразличным, деловым тоном. А он улыбнулся в ответ своей сводящей с ума улыбкой.
— Конечно, покупай, но вообще-то тебе не нужна одежда для того, что нам предстоит.
— Но…
— Мой автомобиль внизу и уже привлек внимание, — продолжил он, — поэтому, если мы не хотим открыть новую страницу в наших отношениях таким же образом, как и первую — с уличной потасовки, — то давай-ка уедем отсюда поскорее.
Кимберли подхватила свои вещи и скрылась в ванной. Она быстро оделась, заколола волосы, застегнула жакет и мрачно усмехнулась своему отражению в зеркале. Ей предстоит деловая сделка. И ничего больше. Она не станет кричать или просить. И, что самое главное, она не влюбится в него снова. Об этом не может быть и речи. На этот раз, когда закончится их связь, сердце ее не будет разбито, а в мыслях не будет сумятицы.
Она вышла из ванной, взяла сумку и направилась к двери.
— Мы едем?
На улице он указал на длинный серебристый лимузин, припаркованный перед гостиницей. У открытой дверцы стоял шофер, а охранники обозревали близлежащие переулки.
— Садись. — Рука Люка легла ей на спину.
— Мне нужно заплатить по счету.
— Неужели за пребывание в таком месте берут деньги? — Его глаза насмешливо сверкнули, и он подтолкнул ее к лимузину. — Мои люди этим займутся. Нам надо выбраться отсюда до того, как появится пресса, а иначе мы увидим свои фотографии во всех утренних газетах, и полмира будет чесать языком по этому поводу. Я уже вижу подходящий заголовок: «Высшая цена на торгах за эту женщину».
Кимберли оставила без ответа его саркастическое замечание. Она успела забыть, что Люк Санторо — один из самых богатых холостяков — всегда был в центре внимания прессы, а заодно и любая женщина, которую видели с ним рядом. Вдруг ее ослепили вспышки света, и она застыла.
— Садись в машину, — сердито приказал Люк, а его охранник кинулся отгонять фотографов.
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
Кимберли села в салон роскошного лимузина и поблагодарила Бога за то, что затемненные стекла скрывают ее от прохожих.
— Откуда им известно, что ты здесь? — Кимберли посмотрела на группу фотографов, которых разгоняли охранники Люка.
— Пресса следует за мной по пятам, а также за теми, кто каким-то образом связан со мной, — мрачным тоном напомнил ей Люк и, нагнувшись к шоферу, дал ему указания, куда ехать.
— Если бы ты не разъезжал повсюду в таком шикарном автомобиле, то избежал бы репортеров, — пробормотала она, хотя знала, что Люку Санторо невозможно остаться незамеченным, поскольку у него все было первоклассным.
Так было и раньше. Они не появлялись на публике, но тем не менее репортерам удалось сфотографировать ее выходящей из машины Люка. И именно благодаря прессе она узнала, что он проводил вечер с другой женщиной.