— Не, — сказал я. — Ты скорее какой-то котик.
— Это ми-и-ило, — протянула Катя. В темноте блеснули брекеты.
— С парнем тут?
— С подружками. У них тут пацаны живут.
— Не стремно?
— А чего стремного?
— Ты домашняя кошка, а я уличный кот. Смотрела «Коты Аристократы»?
— Да, это няшный мультик.
— А «Поворот не туда» смотрела?
Она засмеялась и сказала, что не понимает, о чем я говорю, но дернулась так, словно у нее мурашки по спине пошли. И я понял, что ей тут прикольно, потому что опасно. Я сказал:
— Глянь-ка туда.
Под светом фонариков казалось, что Санта Муэрте улыбается беззубым ртом.
— Это Святая Смерть, — сказал я. — Мексиканская богиня бандитов и проституток. Пошли покажу.
Мы подошли к алтарю, и Катя нагнулась к шоколадкам.
— О, — сказала она.
— Не трогай, а то умрешь. Видишь имена — это имена мертвых.
Горели маленькие свечки, бестолково коптили камень под граффити, стояли недопитые банки с бухлом, валялись шоколадки и сигареты.
— Вот видишь девчонка, Лера звали. Дико милая. Спала с мужиками за деньги, какой-то долбич ее избил, порезал и голую оставил недалеко от путей, где поезда ходят. Так и не нашли маньяка. А эта девчонка, Юля, она с крыши скинулась.
— С этой?
— Не с этой. Из-за несчастной любви.
Катя принялась кусать губы.
Я сказал:
— Поэтому мы все поклоняемся Святой Смерти. Чтобы она нас защитила.
Я взял Катину сигарету и щелчком отправил ее в окно.
— Перед ней все люди равны, — сказал я.
— Это да.
— У тебя кто-нибудь умер?
— Нет, — сказала Катя. — Ну, то есть, дед, но это было еще до того, как я родилась. Я живу с бабкой, она жесть какая строгая, а мама укатила с хахалем давным-давно, у них уже двое детей.
— И только ты, — сказал я. — Никому не нужная девочка.
— Типа того. А ты никому не нужный мальчик?
— Мою маму отчим задушил, — сказал я. Катя растерялась, и тогда я ее поцеловал. Ну, раз ей надо приключения, подумал я, дам ей приключение. Не все было так уж мрачно, но ей ведь хотелось посмотреть на непроглядную черноту.
Мы целовались, пока Катя не расчихалась. Она чихала, наверное, раз пятнадцать подряд, а я гладил ее волосы.
Потом я спросил:
— Трахаешься?
— Ну давай потрахаемся, — сказала она. Я этого ну вообще никак не ожидал. Я думал, она испугается, а она не испугалась. Короче, в этом плане девчонка была куда прошареннее, чем я.
Вокруг было полно народу, но я привык, что все самое интересное происходит именно так.
— Ты милый, — сказала она после. — Красивый, как кукла. У меня в детстве не было кукол. Бабушка не хотела мне их покупать. Говорила читать книжки.
— А, — сказал я. Я лежал, обалдевший от того, что со мной произошло.
— Я ее так ненавижу, — говорила Катя. — Хочу, чтобы она умерла.
— Это тупо, — сказал я. — Хотя моя бабка та еще сука. Может, жива еще.
— Я чувствую себя так одиноко, — сказала Катя. — Поэтому все время хожу бухать на вписки. А могла бы быть такой хорошей девочкой.
Я сказал:
— По-моему, ты классная. Я, если честно, не ожидал, что ты дашь вот так вот сразу.
— А ты меня теперь презираешь?
— Нет, — сказал я честно. — Наоборот, круто, что ты даешь.
— А любишь меня? — спросила она.
Я задумался, потом сказал:
— Нет пока. Но, если будешь мне давать и дальше, то полюблю.
— Для меня секс вообще ничего не значит, — с гордостью сказала она. Катя показала мне шрамы на руках и сказала, что хотела умереть.
— Так ты все-таки была эмо?
— Нет, никогда не была. Но я все равно хочу умереть. Это нормально?
— Неа, — сказал я. — Ненормально.
— Я склонна к саморазрушению, — сказала Катя.
— Интересно, — сказал я. — Тогда я буду пользоваться тобой.
Она меня и притягивала и раздражала, и мне хотелось ее поддеть.
— Где ты живешь? — спросил я.
— Далеко, в Балашихе.
— Дай свой телефон. Я буду зимовать в Балашихе.
— Да?
— Ага, — сказал я. — Почему нет? Будем трахаться. Отсосешь мне?
Катя покачала головой.
— Нет, у меня же брекеты.
Я дернулся, мол, ужас какой мог произойти, и она засмеялась.
— А с братом моим потрахаешься? — спросил я. Ну, мне хотелось ее проверить.
— А он красивый?
— Чисто как я, мы близнецы.
— Не хочу.
— Почему?
— Потому что ты меня не полюбишь, — сказала она. — Ты милый, я хочу, чтобы ты полюбил меня правильно. Тебя, кстати, как зовут?
Особым шиком у крутых девчонок считалось бросить это как бы между делом, словно совсем неинтересно. Но у Кати получилось мило и наивно.
— Саша Шакал, — сказал я. — А ты?
— Кейт, — сказала она, и я улыбнулся, потому что уже знал ответ. — Но можно просто Катя. Кейт это в интернете. Кейт Рейзор Блейд.
— Как все серьезно. И ты все равно не эмо?