Глава 11. Ты дико красивая
Глава 11. Ты дико красивая
Быть шакалом очень даже неплохо. Мне вполне понравилось быть шакалом, хотя, конечно, есть свои особенности.
Но, в общем и целом, это где-то примерно семь из десяти.
Быть человеком, как по мне, пять из десяти — в лучшие годы.
Как говорила моя давняя подруга Катя: жизнь — это полный трэш.
Что касается бытия шакалом — непривычно быть быстрым, ловким, все время хотеть есть и иметь сверхчувствительный нос. Непривычно, но здорово. А бегать на четырех лапах в принципе удобнее отстойного прямохождения, но это мне стало понятно еще на первых отходах от героина.
И вот я трусил по холодному снегу, лапки поджигало морозцем, но, в то же время, я чувствовал — там, впереди замечательная жизнь, без конца и без края, полная мышей, червячков, паучков, и прочего богатства — лес. Я бежал куда быстрее, чем могли передвигаться мои товарищи, тем более отяжеленные питерским солевым наркоманом Евгением. Они меркли, меркли, меркли, и превратились, наконец, в сумрачные точки где-то в безынтересной дали. Я же нырнул под благословенную сень деревьев.
Есть хотелось страшно, и очень сильно хотелось, чтобы еда была прыгучей и свежей. С другой стороны не против я был бы и пообедать трупом — но, как назло, их не попадалось.
Пообедать трупом?
Что за симулятор Сереги?
Хвост мотался из стороны в сторону словно бы сам по себе, и я дергал ушами, и от этого мне было приятно и щекотно. Я задрал голову к небу и заголосил — замечательно вышло, как по мне.
В сущности, подумал я, почему бы и не провести свою жизнь так? Не хуже всех прочих вариантов.
Не хуже, чем, например, быть барыгой.
Уж точно лучше, чем быть наркотом в завязке. Единственное, о чем я думал: как там без меня Вадик? Совсем же от рук отобьется, да и погибнет по глупости. Ради Вадика я пытался сосредоточиться. Тут я услышал тоненький писк — такой, какого без сомнения не смог бы расслышать, будь я человеком.
Я подумал: до чего ж легко пожалеть мышку, они славные и милые.
Но прежде, чем я успел поставить точку в этой нехитрой мысли, тело само метнулось вперед. Мышкины косточки захрустели у меня на зубах, и в рот хлынула теплая, вкусная кровь.
Ну блин.
Дальше все пошло как-то само по себе — на любой писк я реагировал ловким прыжком, не всегда, правда, достигал успеха, но в общем и целом мышковалось мне неплохо.
Ладно, думал я, ну, не страшно.
Вполне возможно, я пожалею белку.
Мыши все-таки вредители, а белки — трогательные, добрые лесные существа. Белочек любят все диснеевские принцессы, и все маленькие девочки, и все старички. В общем, я решил найти белку.
Они, суки, живенько лазали по деревьям, но вот одно, совсем еще молодое и трогательное существо, оказалось на земле. Я подумал: какие глазки, какой рыжий хвостик, какое милое, нервное созданьице.
Так-то я ее не поймал, но зубы мои клацнули у самого пушистого хвоста, и во рту остался клок шерсти. Почему-то опять у меня не получилось пожалеть живое существо — в животе урчало, хотелось скушать весь мир и закусить парой-тройкой ближних планет.