Но у нас, так-то, ничего не было, только пакет с одежкой, которую мы всякий раз делили, потому что не было строго определено, чья она, и часто по утрам приходилось бороться за любимый свитер или приличные штанцы. Даже школьные принадлежности купила нам Генина мамуся.
У нас не было энциклопедий, раскрасок и игрушек, всякой такой херни. И мы никогда еще не были в книжном магазине. Снаружи зданьице выглядело маленьким, как трансформаторная будка, но, когда мы зашли внутрь, все оказалось совсем по-другому. Прохладное, слабо пронизываемое светом пространство показалось мне бесконечно уходящим вдаль, потому что я никогда еще не видел столько книжек. Пахло в магазине, ну, обычно для книжного — бумагой, краской, всем таким, но мне запах казался непривычным и таким прямо чистым, звенящим. Мы прошли мимо стенда с "Гарри Поттером", рядом с которым стояла картонная фигура самого Гарри с волшебной совой на плече, и надпись над совой утверждала, что книга подходит всем от 9 до 99 лет. Нам с Вадиком только должно было исполниться восемь, и я как-то даже расстроился, мол, как же так — еще год нельзя читать эту книжку. Ну, то есть, сиги у дяди Гены воровать тоже было нельзя, но мы же воровали, а с книжкой все казалось совсем серьезным.
То есть, до меня не доходило, что от 9 до 99 — это все просто красивая фраза, емкая, рекламная, я считал, что книжки это очень взрослые штуки, и пренебрегать их советами (и советами вокруг них) нельзя.
Дядя Гена быстро провел нас мимо "Гарри Поттера", сказав, что это все чушь собачья.
Он сказал:
— "Властелин колец", вот что вы должны прочитать. Но сначала вам нужна книга о животных.
И он подвел нас к стеллажу с энциклопедиями, который показался мне ужасно широким и длинным. Помню, там стояли энциклопедии серии "Я познаю мир" — разного цвета буковки, и все на свете, что нравится пацанам: космос, динозавры, индейцы, ну и всякое скучное тоже — математика, физика. Мне, несмотря на очкастого задрота на обложке, эти книги почему-то понравились, но дядя Гена сказал, что лучше взять что-то с большим количеством картинок.
Я, вообще-то, звезд с неба не хватаю в плане мозгов — и не хватал никогда, хотя и любопытный не в меру, но тогда мне захотелось, чтобы кто-нибудь большой и добрый, ну, по типу Гены, купил для меня все вот эти энциклопедии, чтобы я все узнал: про звезды и страны, и про океаны, и про то, как люди делают музыку и рисуют картины. Ни о чем таком я прежде не думал, а тут вдруг мир показался мне удивительно разнообразным. В нем умещались планеты и насекомые, вакцины и египетские пирамиды, скорпионы и уравнения, самолеты и грибы, религии, украшения, канализации, узоры, оружие, черви, ну и так далее, и все в таком духе. Короче, я листал всякие энциклопедии, и мир казался мне невероятно многообразным, таким удивительным и большим, в нем я был маленьким, даже крошечным, и не было никакой надежды на то, что я успею весь его понять, но в том была особенная сладость.
Иногда я думаю, может, сохранись у меня то особое чувство, которое я встретил там, в "Детском книжном", я стал бы каким-то другим человеком. Вряд ли, конечно, большим ученым или прославленным философом, но все-таки вдруг.
Вадик листал книжку с яркой обложкой — цветные воздушные шары и красивые самолеты.
Он сказал:
— Хочу стать летчиком.
Потом мы стали искать книги о животных, и нам захотелось самую большую, самую толстую, с картинками и упругой, глянцевой бумагой. На обложке красовались всякие разные ребята — от креветок до львов, все они висели в белой пустоте, и мне это почему-то понравилось. Книгу было сложно удержать в руках одному, но вдвоем — самое то.
Она, наверное, безумно дорого стоила, но дядя Гена купил ее для нас — он вообще хорошо зарабатывал, и жадным не был, но даже так — мы все-таки чужие дети, непонятно откуда взявшиеся в его жизни.
В общем, мы пошли обратно — мир за время нашего погружения в наполненный тенями и прохладой книжный изрядно нагрелся. Но жара меня не раздражала, она мне нравилась, казалось, что солнце наклонилось к нам поближе и стало на нас глядеть. Мне был приятен этот взгляд, а в большом пакете, который мы с Вадиком несли, взяв в руки по ручке, телепалась наша огромная книга.
Дядя Гена сказал:
— Чтобы играть в животных, вы должны их изучить.
Я сказал:
— Круто, мне так больше нравится.
Мне очень захотелось, чтобы дяде Гене понравилась игра, в которую будем играть мы с Вадиком — мне тогда казалось, что это будет ему нашей благодарностью, и я сказал:
— Мы будем играть в цивилизации разных животных.
— Да? — спросил Вадик.
— Да, — сказал я. — Это же просто суперкруть. Разные животные разумные живут на одной планете. У них есть страны, и все такое. Цивилизации это типа страны? Как Египет, я по телику видел.