— Вам нравится? — спросила блондинка рядом, но он уловил движение наверху лестницы, поднял глаза и увидел спускающуюся Рокки.
Он не ответил блондинке, но улыбнулся Рокки.
— Привет, свитчикс.
Она посмотрела себе под ноги, слегка улыбнулась и покачала головой, отвечая:
— Привет, Лейн.
— Ты изучала обстановку наверху? — спросил он, направляясь к подножию лестницы, где остановился одновременно, когда она спустилась.
Она отклонила голову назад, ее взгляд скользнул поверх его плеча, видно посмотрев на блондинку, затем вернулся к нему, она наклонилась и прошептала «нравится».
Он наклонился и прошептал в ответ:
— И что.
Ее взгляд скользнул обратно поверх его плеча, но не на блондинку. Она задумалась.
— Не знаю, — ответила она.
Что не знает? Эта квартира была настолько крутой.
С другой стороны, эта квартира не была особняком с шестью спальнями, окруженным искусственным озером.
Он повернулся к блондинке.
— Вы не могли бы дать нам минутку?
— Конечно, — улыбнулась та и направилась на кухню, откуда могла слышать весь их разговор. Несмотря на то, что квартира была адски крутой, но не совсем огромной.
— Ээээ, нет, — остановил он блондинку, и она резко повернула голову, глядя на него. Он кивнул в сторону входной двери. — Минутку.
Она посмотрела на дверь, потом на него, затем ее лицо застыло, став менее привлекательным, хотя она, очевидно, об этом не задумывалась, молча кивнула и направилась на выход.
Лейн подождал, пока она не скроется за дверью, потом повернулся к Рокки.
— Что тебя останавливает?
Она посмотрела на него и прикусила губу. Она все еще сомневалась, он видел это по ее глазам, при этом думала о чем-то другом.
— Рок…
Перебила его:
— Лейн, ты знаешь, сколько стоит аренда этой квартиры?
— Да, я рассматривал их предложения, когда собирался вернуться в город. И что?
Она отрицательно покачала головой, потом села на ступеньку, заявив:
— Не знаю, смогу ли я ее осилить.
На ней были сапоги на высоких каблуках, джинсы и другой, более теплый на вид, но не менее дорогой, модный свитер, на этот раз с таким же шерстяным шарфом, обернутым вокруг шеи. Она ездила на «Мерседесе». Огромная замшевая сумочка, которую шлепнула на ступеньку рядом с собой, скорее всего, стоила больше, чем его холодильник.
— Рокки…
— Я учительница, Лейн, — сообщила она ему то, что он и так уже знал.
— Да, учительница, и твой бывший муж — хирург зарабатывает шестизначные суммы.
— Джаррод зарабатывает шестизначные суммы, не я.
Лэйн присел перед ней на корточки.
— Рокки, он тебя предал. Сейчас живет с другой женщиной. Ты думаешь, развод в материальном плане не пойдет тебе на пользу?
Услышав его слова, она отшатнулась, уставилась на него широко раскрытыми глазами.
— Я не собираюсь брать у него деньги.
Он почувствовал, как его брови взлетели вверх.
— Не собираешься?
— Я не возьму его денег.
— Рокки…
Она отрицательно качала головой.
— Нет, ни в коем случае.
— Рок…
Она резко наклонилась к нему, выражение ее лица стало жестким.
— Пошел он к черту.
Он поймал ее руку и крепко сжал, прежде чем пожать.
— Детка, совсем рехнулась?
— Нет, — отрезала она, пытаясь вытащить руку из его хватки, но он крепче ее сжал.
— Свитчикс, если такой парень так поступает со своей женой, как он поступил с тобой, я не член девчачьего клуба, но почти уверен, что ты просто обязана хорошо его обчистить.
— Лейн…
— … если ты этого не сделаешь, другие девчонки проголосуют, чтобы вышвырнули тебя из женского клуба, потому что ты нарушила их солидарность.
Выражение ее лица тут же изменилось, она улыбнулась, на щеках появились ямочки, увидев ямочки, Лэйн пожалел, что не держал рот на замке, в эту секунду чувствуя себя так, будто забил тачдаун, выиграв игру на последних секундах Суперкубка.
— Ну, я бы не хотела, чтобы меня вышвырнули из... — она подняла единственную руку, которой свободно могла двигать, показывая ею кавычки в воздухе, — из «чикс-клуба».
— Молодец, детка, — прошептал он, улыбаясь, но ее лицо снова стало серьезным, и она опустила руку.
— Я понимаю, о чем ты говоришь, Лэйн, но, серьезно, ты не знаешь.… не было… — Она посмотрела поверх его плеча, потом снова на него. Ему не понравился ее ответ, не понравились те чувства, которые вызывал ее ответ, но еще меньше ему нравилось то, что у нее были причины так ответить.