— Лейн…
Он оборвал ее.
— Ответь мне, сладкая.
— Встретимся в школе, — со вздохом сказала она.
— Буду через десять минут.
Он захлопнул телефон, сунул его в задний карман, открыл дверцу, Блонди запрыгнула в салон, он залез вслед за ней. Через десять минут он был у школы. Оставил Блонди в пикапе с приоткрытым окном и высунутым носом наружу, будто она никогда не нюхала воздух. Он вошел в здание школы и увидел Ракель возле кабинета прямо у входа.
На ней была еще одна из ее обтягивающих до колен и чертовски сексуальных юбок, на этот раз светло-бежевая, увенчанная тонким, обтягивающим свитером темно-розового цвета с соответствующим шарфом, повязанным вокруг шеи, и туфлями на высоком каблуке, которые подходили к розовому. Ее губы были окрашены в цвет, похожий на малину, он подумал, что на вкус они должны быть как малина. Ее волосы были собраны в пучок на затылке.
Он улыбнулся ей. Когда он улыбнулся, ее глаза тут же метнулись к окнам административного офиса, выходящих в коридоры, которые, как был уверен Лейн, были заполнены коллегами, в основном женщинами, все они жадно наблюдали за ним. Потом она снова посмотрела на него и неуверенно улыбнулась в ответ, своей улыбкой заявив, что она на работе и ему нужно вести себя прилично.
Он подошел к ней и остановился ближе, чем следовало, не так близко, как ему хотелось бы, не настолько близко, чтобы кто-то посчитал это неуместным, но определенно достаточно близко, чтобы дать повод для сплетен, наклонил голову.
— Привет, Рок.
— Привет, — прошептала она, глядя на него снизу вверх.
— Мы можем поговорить с глазу на глаз? — спросил он.
Она кивнула.
— Пойдем в мой класс.
Он последовал за ней по коридору офиса, затем по коридору со шкафчиками, четыре двери, она повернула налево, открыла дверь, и он вошел следом за ней. Она закрыла дверь и повернулась к нему, пока он осматривал комнату. Узкое окно у двери, ряд окон с видом на фасад школы, кроме этого, уединенно.
Он хотел по лучше все разглядеть, но она спросила:
— Ну? — поэтому он повернулся к ней, а затем снова переместился в ее пространство. Она не сдвинулась с места, он улыбнулся. Она смотрела на него, и он видел, что она была не в себе, настолько не в себе, что даже не пыталась этого скрыть. Она не понимала его игры.
Это было хорошо.
— И что же ты нашел? — подсказала она.
— Все ложь, — ответил он и увидел, как она моргнула.
Потом выдохнула:
— Не поняла!
— Ничто, написанное в его анкете, не является правдой. Даже его чертовый адрес. — Лейн придвинулся к ней поближе, и его голос понизился. — Даже его имя, Рокки.
— О Боже, — прошептала она.
— Томас Джеймсон «Ти Джей» Гейнс, насколько я могу судить, является священником в баптистской церкви в пригороде Чаттануги Молодежной группы, штат Теннесси. Он работает там уже два года и до сих пор живет там, вернее, жил до вчерашнего вечера, выйдя поужинать со своей семьей. Так что, если только он не нашел способ клонировать себя, пастер, который занимается Молодежной группой в Христианской церкви — не Ти Джей Гейнс.
Она смотрела на него, приоткрыв губы и широко раскрыв глаза. Потом сглотнула и спросила:
— Ты сообщишь всю эту информацию Мерри?
— Единственный, кому я смогу сообщить — это Мерри, поскольку мы завладели его личным делом, вломившись в церковь, похитив конфиденциальные документы.
— Мы не вламывались, у меня был ключ!
— Ключ, который ты украла, сладкие щечки, — огрызнулся он.
Ее зубы мгновенно впились в губу, но глаза горели огнем. Затем она заявила:
— Мерри все уладит и про нас никто не узнает.
— Мы должны послать в эту группу Триппа.
— Зачем?
— Потому что то, что мне рассказал Дрю, и то, что ты добавила вчера вечером, у меня такое чувство, что все плохо, а теперь я точно знаю, что все еще хуже. Гораздо хуже. Там что-то происходит, и мы напортачили, совершив множество незаконных действий, чтобы получить бесспорно просто, мать твою, убийственную информацию. Как бы то ни было, сладкие щечки, если полиция попробует на наших незаконных доказательствах выстроить дело, оно рухнет, как карточный домик, особенно, если кто-нибудь узнает, как полиция получила информацию от нас, и как мы ее получили. Это может случиться, Рок. Итак, на него должен нажаловаться подросток, и этим подростком будет Трипп, но он должен знать, что должен сообщать полиции. Он не может просто походить на несколько собраний Молодежной группы и закричать, что пастор «волк в овечьей шкуре». Если этот пастор делает дерьмо с детьми, стоит кому-то сказать «бу», как он смоется и его никогда не найдут. Трипп же разузнает все что угодно, и полиция сможет провести расследование, не щипая его наобум, а на основе доказательств, чтобы потом его посадить. Сейчас мне нужно будет встретиться с Колтом, я сообщу ему, что Дрю передал мне это дело и как будет задействован Трипп. Увидишь Дрю или Мерри поступили бы так же. Но о том, что мы сделали вчера, ведь никто не знает, да?