— За домом баня есть. Увы, не дворец, ванны тут нет.
Она оставила готовку и начала стелить кровати. Я думала помочь, но только мешалась под руками и в итоге Сийера делала все сама, а меня отправила мыться. И что, что с принцем?..
Он, к слову, разлегся на деревянной доске, изредка поливая раскаленый камень водой.
— Я к тебе. Не против?
— У-у-у...
Я легла на доску напротив, подставила под голову деревянную странную подушечку и вдохнула гарячий воздух. Вскоре тело покалывал приятный жар, а я разомлела до состояния жидкой лужицы.
— Александрит... — я повернула голову на севшего на лаве красного принца.— Сандра... думаешь, она злиться?
— На что? А... Нет. Она просто задавила себя. Так, раздражена немного.
— А ты давно ей помогаешь?
— Ну... С того дня, как она нашла то задание.
— А мой облик можешь принять?
— Могу. — я посмотрела на его довольно улыбнувшееся лицо. — Но не буду. Делать мне нечего, как тебя прикрывать!
Эльф мгновенно потерял улыбку. Пряный запах мяты и яблок разнесся по комнатке, пламя лизнуло камень.
— И...
— Отстань! Прилип со своими вопросами... Тебе уже хватит. Если пересидишь, завтра в ожегах будешь. Вон, кожа уже красная...
Я вытянулась и перевернулась на спину, обняла гарячую подушечку, глядя как принц тяжко сглотнул. Усмехнулась... И отрастила хвостик. И чего так пугаться?.. Пепельный бархатный хвостик с кисточкой на конце. Красивый, мне нравиться.
— Нечего на меня глазеть! Брысь!
Его как ветром сдуло. Я вытянулась и, подцепив удлиненным хвостом ковшик, полила камень. Никогда не думала, что хвост — такая важная конечность... Ляпота!..
Наверное, я уснула, потому что проснулась от тихого шороха. Сийера лежала напротив, медленно подметая кончиком хвоста пол. Она тихо что-то себе напевала, закрыв глаза. Неожиданно она замолчала.
— Я тебя разбудила?
— Нет, не волнуйся. Ты давно тут?
— Не очень.
Она открыла глаза.
Странно... Я знаю, что её никто не ранил в живот или спину, но туловище, включая плечи и грудь, было туго забинтовано.
— Ты ещё останешься?
— Да нет, я уже, наверное, выйду.
Она осталась.
— Подлей воды.
Она вытянулась, взяла с полочки гребень и начала чесать влажный от пара хвост.
Рядом с ней было странно — её присутствие давило на меня, как упавший на плечи булыжник. Никогда этого не замечала.
Принц спал уже на взбитой кровати, под тонким одеялом. Моё место было на печке. Удивилась, когда вместо жара там оказалось довольно приятно, даже чуточку прохладно.
Люблю, когда утро наступает в обед!..
Я потянулась и, поправив ночнушку, слезла со своего места. Принц уже ел свою порцию завтрака, а я только оделась.
Несколько булочек с вареньем, пирожок с творогом и молоко.
За окном пели птицы, солнце жарило землю... Было слышно смех детей и работу селян, жизнь кипела! Ощущалась атмосфера тепла и радости.
— С добрым утром, Хармэн. Уже проснулся? Принеси воды, колодец за домом. И захвати по дороге несколько поленьев...
Она насыпала на его ушастую голову заданий. Полульф попытался что-то вяло возразить, но, увидев взгляд зелено-золотых глаз, передумал. Встал, взял ведра, вышел...
— Помоги ему.
Я птицей нырнула в окно.
Наверняка принц думал, что тут, когда его телохранитель-учитель взяла выходные, он отдохнет, но она гоняла его порой по совсем ненужным делам. А в конце заставила копать огород! Хармэн скинул с себя рубашку, остался в одних коротких штанах, нервно вонзал лопату в землю и вспушивал чернозем. Каждый рывок сопровождался ругательством, как он думал, тихим.
Я пока прохлаждалась в теньке. Неожиданно, зайдя за угол огорода, принц замолчал, замер. Пришлось подойти. Мало ли?..
Шесть могилок с каменными арками в изголовьи, корзинки с булочками под арками. Рядом небольшая лавочка и столик. Я оглянулась — огород давно закончился и принц вскопал приличную часть тропинки, ведущей сюда. Самая маленькая могила могла уместить только ребёнка двух лет— не больше. Они увеличевались в размерах. На арках заметила высеченные имена, а на столе в лукошке в яблоках и грушах димились две свечи. Демоница вышла из-за ели, держа в руках цветы. Не обращая на нас внимания, она разложила букетики на могиллы.
— Это...
Принц дернулся от порыва ветра.
— Маленькие — мои сёстры, а эта — моя мама. Кажеться, я просила вскопать огород, а не тропинку. Совести у тебя нет, принц.
Она раздраженно поправила отросшую прядь волос. Села за столик и взяла красное яблоко. Я опять обвела взглядом могилки. Они были очерчены деревянными невысокими палками, но в земле ничего не росло.