— Мама, ты… ты знаешь?
Красавица старалась скрыть свое лицо на груди матери.
— Давно знаю, Олюшка, давно вижу. Только любит ли тебя Сергей Дмитриевич?
— Любит, мама, любит.
— Так ли, дитятко мое? Ох, сердечная моя. Не тебя он любит, а богатую княжескую дочь. К ней-то он и порывается.
— Кто тебе сказал, мама, что наш гость любит княжну? — с ноткою сердечной обиды промолвила красавица.
— Сам он сказывал. Сколько он, бедный, бед и несчастий перенес через эту любовь.
— Прежде Сергей любил княжну, а теперь он полюбил другую.
— Тебя, что ли?
— Да, меня, — чуть слышно отвечает матери Ольга.
— Да что же, сам про то сказал тебе Сергей Дмитриевич?
— Мама, он только что хотел мне про это сказать.
— Только хотел, а не сказал?
— Я… я не стала слушать и выбежала из его горницы.
— Зачем же ты ушла, Олюшка?
— Мама, милая, дорогая моя мамочка, я знаю, что меня любит Сергей, крепко любит. Знаю я также, что я не стою его любви. Не такую ему нужно, как я.
— Что же ты разве не под стать нашему гостю? Разве ты, Олюшка, хуже его? Ты такая раскрасавица. Что ты это говоришь? — с неудовольствием заметила дочери Марья Ивановна.
— Мама, мама. Эта красота меня и погубила; через свою красу я и в гарем попала. Нет, я не стою Сергея Дмитриевича. Не стою.
— Ты говоришь, он тебя любит?
— Любит, мамуся милая, крепко любит.
— А если любит, то и до вашей свадьбы недалеко.
— Что ты, мама!., моей свадьбе с Сергеем никогда не бывать.
— Не пойму тебя я, Олюшка, право, не пойму! То ты любишь нашего гостя, то не хочешь быть его женою. Ну, как тут понимать?
— Да, да… Он стоит не такой девушки… Я что? На мне лежит черное пятно, и его никогда не смоешь, никогда! — дрогнул голос у красавицы, и на глазах ее выступили слезы.
— Полно, дитятко мое, сердечная, в том пятне черном нет твоей вины. Черные, злые люди довели тебя до того. Проклинаю я твоих погубителей, страшным проклятьем кляну их!.. И от Господа, и от честных людей прокляты они будут! Наш гость хороший человек, жалостливый, он тебя понял, Олюшка, отгадал твою душу чистую. Ты счастлива с ним будешь, — утешала бедная мать свою загубленную злыми людьми дочь.
Дня через два после описанного старик Данило на своих конях выехал в Москву, а оттуда хотел проехать в Питер.
Не столько он ехал по своему делу, сколько ради поручения Серебрякова; не хотелось старому Даниле, чтобы из его дома «чужим» уехал Серебряков; Данило полюбил своего гостя, имел большое желание с ним породниться — дочку свою красавицу выдать за него, хоть о своем желании он никому не говорил.
О разговоре, происшедшем между Ольгою и Серебряковым, старый Данило ничего не знал; ни жена, ни дочь про то ему не сказали ничего.
— Ну, прощайте, жена и дочка милые. Ждите меня с гостинцами. Не пройдет и шести недель, как я назад вернусь, — проговорил Данило, обнимая Марью Ивановну и Ольгу.
— А ты, Сергей Дмитриевич, не считай себя в моем дому за гостя, а будь полным хозяином. Под твою охрану отдаю жену свою и дочку. Блюди их и на время будь вместо меня. О том прошу и кланяюсь тебе усердно, — обратился Данило к Серебрякову и низко, чуть не до земли, ему поклонился.
— Будь покоен, Данило. Твоя жена и дочь найдут во мне защитника, — обнимая радушного хозяина, промолвил Серебряков.
— Я на тебя надеюсь. И ты, жена, и ты, дочка милая, сердечная, смотрите на Сергея Дмитриевича не как на гостя, а как на близкого родича и полного здесь хозяина.
— Мы на него и то смотрим, как на близкого своего родича, — за себя и за мать ответила отцу Ольга.
— В Москве я буду, отыскать, мне дом князя Полянского или не надо? — спросил Данило у Серебрякова, подчеркивая нарочно свои слова.
Прежде, чем на это ответить, Серебряков как-то невольно посмотрел на Ольгу.
Глаза красавицы горели пылкой любовью.
— Как хочешь, Данило. Пожалуй, и не надо, — тихо ответил он.
— Ладно, так и знать будем. И молодчина ты у меня-, дочка, право, молодчина! — Данило погладил ло голове улыбавшуюся милой улыбкой Ольгу и съехал со двора.
XXVI
Старик Данило без особых приключений прибыл в Москву и остановился на постоялом дворе, на Тверской-Ямской улице. Он первый раз в Москве и, отдохнув с дороги., принялся за обозревание этого векового города.
Москва своим красивым местоположением привела в восторг Данилу.
Особенно же произвел на него сильное впечатление священный Кремль, эта колыбель всей земли Русской.
Данило побывал во всех кремлевских соборах, видел все достопримечательности Кремля.