– Уважаемый – крикнул Луг, обратившись к служащему при входе – прикажи чтобы несли всё что есть, сегодня у нас намечается веселье! – Затем рыжий каледонец достал кошель, набитый золотом и бросил его на стол. – И побыстрее, сегодня у нас есть повод для настоящей пирушки, так что плачу золотом за вино, лучше вам его распродать, пока его не конфисковала стража.
Только теперь работники Небесной Обители поняли, что сейчас у них есть последний шанс разжиться деньгами, благодаря хозяйским запасам, при этом, не отдавая ничего Иньиго. Тут же вокруг стола необычных господ началась суета, разносчицы сновали с полными подносами, а свободные проститутки и рабыни всех возрастов, окружили посетителей, пытаясь переманить внимание каждого из господ на себя, некоторые одаривали лаской и слуг.
– Да, и запри двери! – Приказал Габор, оглядев пустой зал. – Сегодня мы резервируем всё заведение! – Добавил он, бросив и свой кошель с золотом на стол.
Казалось, что сейчас кроме их компании, в Небесной Обители нет других гостей. Однако, как только дворянин с изящными усами отдал приказ, тут же распахнулась одна из дверей на галерее второго этажа.
– Говорю вам, девочки, истинная правда, – послышался весёлый немного пьяный голос, сопровождающийся хихиканьем двух девушек – у здоровяка остался только его щит, а у меня закончились пули для мушкета, а нас окружили северяне… О, господин Пелинор!
– Я смотрю, ты исправно выполняешь моё поручение, Луций. – Не без усмешки в голосе произнёс Адэр.
– Простите, девочки. – Произнёс бывший легионер, освобождаясь из объятий нимф Небесной Обители и затем спешно спустился по лестнице, чтобы предстать перед господином. – Как Вы и приказывали, мы с Титом выполняли Ваше задание, безвылазно пребывая в этом заведении и предаваясь пьянству, разврату и прочим порокам.
Услышав этот необычный отчёт, товарищи Пелинора посмотрели на него, в глазах у каждого читался безмолвный вопрос.
– Если ты правильно помнишь, то твоим и Тита заданием был сбор сведений. – Разъяснил ситуацию сенатор. – Удалось что-нибудь узнать.
– Так точно, здоровяку удалось сблизиться с одной из работниц заведения, которая могла бы что-то знать. Но, посоветовавшись, мы с ним решили не действовать опрометчиво, а разузнать всё наверняка.
– К тому же, у вас явно ещё не закончились выданные мной деньги. – Усмехнувшись добавил Пелинор. – Не то, чтобы это было уже столь важно, но где сейчас Тит?
– В последний раз, когда я его видел, он направлялся с девицей в нижние комнаты.
– Damno! Луций, надеюсь ему не пришла в голову идея пытать девушку ради получения сведений? – Возмутился Адэр, притом, что и сам он был не без греха, но это уже было слишком даже для вора и мошенника. – Где тут лестница вниз?
Другие работницы борделя, явно почувствовавшие симпатию к человеку, проявившему милосердие к тем, кого многие и людьми не считали, притом даже свободных проституток, не говоря уже о рабынях, спешно взялись провести высокого широкоплечего господина к неприметной двери около мраморной лестницы. Асми, в этот момент почувствовала небольшой укол ревности, хоть и понимала, что её хозяин волен делать всё, что пожелает.
Когда Пелинор уже приоткрыл дверь, за которой виднелись ступени, ведущие вниз, дорогу ему внезапно преградила изящно одетая женщина. Красивая, среднего роста, около тридцати лет, явно старше, чем подавляющее большинство работающих здесь девушек, каштановые волосы, умные глаза, она больше была похожа на матрону, которую можно было бы повстречать на великосветском приёме, а не в одном из городских борделей. Судя по всему, эта женщина была главной нам нимфами Небесной Обители.
– Простите, не имею честь быть представленным, но если Вы не заметили, то заведение теперь закрыто, вряд ли Иньиго вернётся сюда, так что прошу меня пропустить. – Вежливо, но настойчиво произнёс Пелинор.
– Анна. – Представилась женщина – Простите, но, в любом случае, я не могу Вас впустить. Мы должны хранить тайны наших клиентов.
– Простите, Анна, но сейчас, возможно, одну из Ваших девушек пытают.
– Я ничего не могу поделать, даже если мне это не нравится, но она должна исполнить то, за что ей заплатили.
Пелинор пристально посмотрел на женщину, кажется он понимал в чём дело. Как бы странно это не звучало, но всё дело было в профессиональной гордости проституток. Удивительно, как часто в подобных женщинах оказывалось гораздо больше чести, чем во многих сенаторах, которых он знал, готовых продать себя первому, кто предложит. Но тут его размышления прервал донёсшийся снизу крик, как ни странно мужской. Настойчиво отодвинув Анну, Плеинор ринулся вниз по лестнице, за ним последовали и почти все, присутствующие: Асми, его старые товарищи и Анна, ещё с несколькими девушками.