– Да, я помню тот день – Поддержала девушку Анна. – Цезон спустился в игорный зал и начал всё разносить, Иньиго и его головорезы стояли, держа в руках пистолеты и клинки, но боялись что-то сделать. Хозяин знал, что за Цезоном стоит Марини, а проблем ним он не хотел. Я в тот день работала с клиентами в зале и видела лицо Иньиго, это был единственный раз, на моей памяти, когда помимо злобы, в нём чувствовалась ещё и беспомощность. Конечно, Марини потом оплатил ему все убытки, но вот гордость Иньиго тогда уязвили, он ещё долго срывался на всех, кто упоминал тот случай.
– В тот день он отыгрался на мне. – Подтвердила слова Анны Марта. – Иньиго сказал, что это я во всём виновата, поскольку должна была позвать на помощь, затем избил меня, но не сильно, всё же он и так в тот день лишился рабыни, так ему не хотелось портить ещё одну. Но худшее ждало впереди, Иньиго отдал меня на неделю во владение Алехандро, как он тогда сказал «для воспитания», конечно, бить или калечить меня он запретил, но… – Марта, расплакавшись ткнулась лицом в широкую грудь, стоявшего рядом Тита, заканчивать фразу ей не имело смысла, все и так понимали что было дальше.
От одного только рассказа девушки, Асми чуть не потеряла сознание, её мутило, казалось, ещё немного, и её стошнит прямо здесь, а ведь Марта была немногим старше её самой. Конечно, совсем недавно и жизнь самой Асми нельзя было назвать такой уж лёгкой, но то что испытала эта молодая девушка, не поддавалось осмыслению. Судя по всему, Пелинор и остальные господа, думали о чём-то подобном, в комнате стояла гробовая тишина.
– Мерзавец! – Наконец прервал молчание Габор.
– Кто? – Спросил его Клод.
– Да все.
– Но теперь мы знаем, за что Иньиго так ненавидел Цезона и Марини, а сам Марини недолюбливал Иньиго. – Произнёс Пелинор. – В конце концов, новости о подобных наклонностях чемпиона, могли бы подпортить его репутацию и даже навредить карьере.
– Подпортить репутацию? Господин, но разве он не совершил преступление? – Асми попыталась казаться внешне спокойной, но внутри неё бушевал гнев, постепенно сменяя отвращение.
– Они рабыни, – При этих словах, Адэр опустил взгляд – такие наклонности не поощряются обществом, но единственное, в чём его могли бы обвинить, так это в порче чужого имущества, и это в том случае, если бы Марини не оплатил нанесённый ущерб.
– Но, как… – Голос Асми дрожал. Ей тяжело было принять, что жизнь девочки ценилась куда меньше чем пара кусков стали, за которые арестовали Иньиго.
В комнате снова воцарилось мрачное молчание. Пелинор чувствовал, будто прыгнув в яму, заполненную мерзкими тварями и гадами, где обитали одна особо опасная змея и одна особо мерзкая жаба, он неожиданно повстречал там настоящее чудовище.
– Анна, ты говорила, что мы больше не увидим Иньиго, – прервала тишину Марта – что ты имела в виду?
– Сенатор Пелинор, вместе с остальными господами, – указала на присутствующих женщина – ранее прибыли сюда с городской стражей, чтобы арестовать Иньиго и его банду.
– Но, что же тогда будет с нами? – Вместо ожидаемого облечения в голосе молодой проститутки слышалось только беспокойство.
– Небесную Обитель конфискуют и продадут с торгов, если ранее не объявится покупатель, – пояснила Анна – всех рабынь тоже.
Теперь переживания Марты стали понятны. Если немногочисленные свободные куртизанки, работавшие здесь, без труда смогут найти себе новое место, на юных рабынь тоже найдутся покупатели, то вот таких девушек как Марта, которых в Обители было большинство, скорее всего, ждал только один путь – быть задёшево проданными в какой-нибудь бордель для моряков, где конец их будет скорым и печальным.
– Марта, – внезапно заговорил Тит – господин Пелинор выплачивает мне неплохое жалование, думаю, я скоро смогу накопить денег, чтобы выкупить тебя, только держись.
Доброта грубого и сурового на вид отставного легионера не могла не тронуть всех собравшихся.
– Тит, ты замечательный и так добр ко мне, – Марта немного запнулась – но сколько времени пройдёт до того, как ты соберёшь нужную сумму? Я не думаю, что доживу до того момента, а если и доживу, то уже ни я не захочу тебя видеть, ни ты меня, поверь. Да и, к тому же, как быть с остальными девушками?
– Я покупаю. – Прозвучал резкий голос, все обернулись, это говорила Нэя. – Я куплю это Проклятую Обитель, со всеми и всем что в ней есть.
– Небесную. – Поправила её, скорее по привычке, Анна, которая, как и все девушки была удивлена подобным жестом.