Пелинор, в свою очередь, не стал с ним спорить, а тоже спешно сбросил с себя прямо на мостовую плащ и шляпу, там же оказались пистолет с парой ножен, от рапиры и даги, последним вниз полетел лёгкий колет.
Оба противника избавились от всего, что могло бы им помешать, теперь они стояли друг напротив друг, оставшись только в сапогах из мягкой кожи, коротких штанах и рубашках с широкими рукавами. Оба сжимали в руках оружие, медленно приближаясь друг к другу. Цезон выставил щит вперёд, а меч держал чуть позади себя, Пелинор же рапиру и кинжал опустил почти до пояса, направив острия клинок чуть вверх, как было принято в таролокийской школе.
Противники продолжали медленно сближаться, напряжённо смотря друг на друга, вдруг Цезон резко прыгнул вперёд, сократив дистанцию и нанеся простой, но до ужаса мощный удар мечом сверху-вниз. Только приняв на скрещенные клинки бастард Великана, Пелинору удалось заблокировать выпад, однако тут же его чуть не достал резкий удар кромкой щита. Только лишь опыт, полученный за последнюю неделю, спас Адэра, он резко отпрыгнул назад, пытаясь разорвать дистанцию, но Цезон одним шагом смог снова сблизиться для нового выпада.
Удары Великана были простые и бесхитростные, но мощные и невероятно резкие, пропусти Пелинор любой из них, и его разрубило бы пополам. Похоже, что Цезон впервые в жизни сражался, не сдерживая себя. Адэр с трудом успевал в последний момент отводить клинок меча-бастарда своей рапирой или дагой, или же просто уклонялся от смертоносного широкого лезвия, рассекающего воздух в опасной близости. Притом Цезон и не думал сбавлять темп, непрерывно нанося удары один за другим.
Прошло всего около минуты, А Пелинор уже чувствовал, что выбивается из сил. Цезон же, несмотря на то, что только совсем недавно должен был отойти от отравления, даже не подавал никаких признаков усталости. В отчаянии Адэр снова отпрыгнул назад, а затем невероятно быстрыми шагами попытался оторваться от Цезона, когда, внезапно, почувствовал, что упирается спиной в стену, дальше отступать было некуда. Его действительно поймали в ловушку, тот с кем он сейчас сражался, был нечеловечески силён и вынослив. Цезон, действительно был чудовищем во всём. Сейчас на Пелинора надвигался могучий как бык гигант, а сам он был зажат в тупике. В памяти вспыхнул образ минотавра из древних легенд, могучего получеловека-полубыка, убивавшего тех, кто заблудился в его лабиринте.
Все эти мысли промелькнули в голове у сенатора за тот миг, что он наблюдал как Цезон замахивается своим мечом, чтобы нанести решающий удар по диагонали. Отступать было некуда, поэтому Пелинор бросился вперёд, пригнувшись и проскользнув под самым клинком Великана, он мог бы поклясться, что лезвие срезало ему несколько волосков с головы. Перекатившись, и вскочив на ноги, Адэр сделал несколько шагов назад, снова разорвав дистанцию. У него почти не осталось сил, но на его лица появилась улыбка, теперь он знал, что должен делать.
Цезон неумолимо надвигался, но Пелинор больше отступал назад, вместо этого он выпрямился, в полный рост, пол-оборота к противнику, левую руку с кинжалом он вытянул вперёд, а правую, с рапирой, занёс над головой, держа клинок параллельно земле, сейчас он напоминал матадора. Когда Цезон совершил новый выпад мечом, снова поймав клинок противника рапирой и дагой, Пелинор отвёл его в сторону, а сам в этом момент шагнул влево-вперёд, теперь ему открылась незащищённая правая часть спины гиганта, вот только тот был слишком далеко и всё что смог сделать Адэр – это только коснуться немного того самым кончиком острия рапиры, оставив лёгкую царапину, а затем снова отпрыгнул назад.
В лунном свете хорошо было видно, что Цезон только усмехнулся, получив такую «рану», его огромному телу эта царапина явно не могла навредить. Однако, Пелинор не обратил на это внимания, сейчас он был предельно собран, следя за движениями Великана. Когда Цезон снова атаковал, ловкий противник снова совершил похожий манёвр, снова оставив нападающему небольшую царапину.