Между тем, девушки даже не обратили внимания на то, что их собеседник спал, они были слишком увлечены разглядыванием наглядных иллюстраций, некоторые из которых смущали даже Панту.
– Вот, я же говорю, вот так надо смотреть.
– Да нет, переверни… Всё равно непонятно.
– Аннет, а твой Симон сможет так же?
– Никакой он не мой, и вообще он… А разве люди могут так? – Удивилась рыженькая служанка, увидев очередную занимательную иллюстрацию.
Удивительным образом, но Асми ощутила давно позабытое чувство, как будто она вернулась в детство и снова дурачиться со своими подругами. Да, она знала этих девушек всего один день. Да, ребёнком она явно не пила вино и не разглядывала картинки, от которых покраснел бы даже матрос имперского флота, но, всё же, что-то в этом было очень знакомое и тёплое.
Глава 11 Традиции и уловки
В одной детали это утро было похоже на многие другие, Асми снова резко проснулась от того, что ей не хватало воздуха и снова какое-то время её преследовал запах гари. А вот к остальному она ещё не привыкла. Асми лежала на шёлковых простынях, на огромной кровати с балдахином, в спальне богато обставленной виллы, рядом со своим загадочным и эксцентричным хозяином. И сейчас самое загадочное в господине Пелиноре было то, почему он спал прямо в штанах и рубашке. Хотя она с Пантой и Аннет вчера засиделась допоздна, но даже когда она отправилась спасть, господин всё ещё не явился, а значит пришёл он на виллу глубоко заполночь. И, судя по всему, он вчера пил вино, притом не пару кубков, как она сама, а явно позволил себе куда больше. Она, не собиралась будить своего господина, поэтому одев всё туже тунику, одолженную у Панты, отправилась умыться к колодцу.
Утро уже давно вступило в свои права, обитатели виллы занимались своими делами, по доносящимся издалека звукам, можно было понять, что посёлок тоже живёт свой привычной жизнью. По дороге обратно в комнату господина, Асми заметила, что туда же направляются Симон с большим медным тазом, наполненным водой и Панта, с порцией пахучего варева Ламбарди.
– Господин Пелинор уже проснулся? – Поинтересовалась Асми, когда она уходило, ей казалось, что он проспит ещё очень долго.
– Для его же блага, надеюсь, что это так, – как всегда в своей холодно-ироничной манере произнёс Симон – иначе придётся прибегнуть к крайним мерам. – Слуга слегка покосился на тазик с водой, который нёс в руках. Асми немного рассмеялась над шуткой, но потом увидела что и Симон и, что удивительно, Панта совершенно серьёзны.
– Симон, но ты же не собираешься будить господина, вылив на него таз с водой? – Неподдельно испугалась Асми.
– Но разве я могу ослушаться приказа господина Пелинора? – Ответил вопросом на вопрос Симон, а потом, как всегда, не удержался от очередной колкости. – Тем более, когда мне самому будет приятно посмотреть на его мокрое растерянное лицо.
– Сегодня начинаются слушания в сенате, и господин не может их пропустить. - Разъяснила всю ситуацию Панта. – Так что он разрешил будить его любыми способами, какими только можно. Впрочем, скорее всего, нам не придётся к ним прибегать.
– Господин Пелинор! – сказал, чуть повысив голос Симон, бесцеремонно распахнув дверь спальни.
Сенатор, тут же проснулся, удивительно, но хоть по нему и было видно, что он вчера выпил лишнего, но его лицо быстро приобрело осмысленное выражение. К тому же, Панта уже спешила к нему с чудодейственным зельем лекаря Ломбарди, выпив его залпом, Пелинор резко поднялся с кровати и стремительно вышел за дверь. Присутствующие в комнате не нуждались в пояснениях, куда именно мог направиться человек после сна, особенно после вчерашних возлияний. Но, на удивление быстро, дверь в спальню снова открылась, правда вошла уже Аннет.
– Господин, к Вам… ох, здесь нет господина Пелинора? – Смутилась служанка.
– Сенатор изволит совершать свой утренний моцион до мест приватных, единственных, где человек истинно остаётся наедине с собой. – Как всегда было непонятно, Симон пытается быть вежливым или снова слегка подтрунивает над своим господином.