– Знаете, – не переставал насмехаться над остальными Пелинор – иногда мне кажется, что и в делах государственных она смыслит не хуже многих. – Это замечание заставило уже большинство сенаторов обернуться, некоторые смотрели с усмешкой, приняв всё это за очередную шутку, тогда как другие были раздражены.
– Адэр, – произнёс Марк Арецций – знаешь, иногда твои шутки заходят слишком далеко.
– Асми, – Пелинор продолжал разговаривать со своей рабыней, как будто не заметив замечания сенатора – ты ведь не понаслышке знакома с Каледонией? Более того, ты родом из тех мест.
– Да, господин. – Робко ответила она, не понимая к чему был этот вопрос.
– Итак, представь, что существует небольшая горная область, граничащая с югу с землями, принадлежащим кланам горных каледонцев. Допустим, ты получаешь право решать её судьбу. Кому бы ты решила отдать эту область? Кардолузийцем, чьи земли расположены через море? Лакийцем, не особо уделяющим внимание защите границы? Или же бывшим солдатам Имперского Легиона, всю жизнь проживших только войной и мечтавших о том, чтобы у них был клочок своей земли?
– Я… – начал она запинаясь – отдала бы её тем, кто сможет защитится от набегов каледонцев с севера.
Тут Асми пришло осознание, зачем она тут. Раньше она считала себя рабыней, которая нужна господину для удовлетворения своей похоти, но всё оказалось гораздо хуже. Для него она была просто красивым предметом, фигурой, которую он использовал в своей хитроумной игре, как те сладости на «ведьмином домике», единственное назначение которых было отвлечь всех гостей. От осознания этого ей стало только хуже.
– Пелинор! – Возмутился сенатор Арецций. – Это уж просто смешно, мало того, что она рабыня, так она ещё и твоя рабыня. Конечно она скажет всё что ей было приказано!
– Неужели? – С улыбкой посмотрел Адэр Пелинор на собеседника. – Может быть, но уверяю тебя Марк, она действительно из Каледонии и я не могу никак повлиять на её воспоминания. Асми, расскажи нам всем о горцах из кланов, населяющих твою родину.
– Они, животные. – Начала говорить Асми, бледнея – Они хуже животных. Они демоны из Нижнего Мира, упивающиеся кровью и страданиями. – Произнося это у неё начала кружиться голова, а во рту ощущался едкий вкус гари. Каждое следующее слово ей давалось с трудом.
– А теперь расскажи про тот день, когда ты попала в рабство. – Приказал господин Пелинор строгим голосом. Асми умоляюще посмотрела на него со слезами стоящими в глазах, но в ответ увидела только его страшный проникающий в душу взгляд. – Это приказ, Асми.
– Хорошо, господин. – Она попыталась сглотнуть стоявший в горле ком и начала свой рассказ.
Это был день осеннего праздника, когда посреди главной улицы деревни, в честь собранного урожая, связали большой сноп. Я была тогда совсем ещё маленькой. Мама наряжала меня в доме, подготавливая к празднествам. Когда мы услышали шум снаружи, выглянув за дверь я увидела что в деревню пришли незнакомые люди, с оружием. Матушка сама сказал мне спрятаться в доме и не показываться, чтобы не случилось, я так и сделала и сидела так долго. Даже когда на улице стали слышны крики и выстрелы, даже когда кто-то поджог дом, я всё ещё продолжала прятаться внутри.
Но становилось всё жарче, я не могла уже этого выносить, было нечем дышать и этот мерзкий запах гари, он забивался повсюду. Я помнила, что мне сказала мама, но уже не могла больше этого выносить, я добралась до выхода ползком, мне казалось, что если я смогу выбраться, то спасусь. И когда я оказалось за дверью, меня тут же схватила чья-то рука, это был молодой каледонец из горцев, всё что я помню, он был рыжий и постоянно смеялся. Она тащил меня по земле за волосы, я смотрела вокруг. Они все пришли сюда не для того чтобы грабить или насиловать, они хотели только крови. Я видела свою маму, её тело разрубили снизу до головы, так что её внутренности валялись рядом. Я видела своего отца, хотя его сложно было узнать, потому что его труп продолжали уродовать. Она нашли Хельгу, она была совсем ещё молода, когда вышла замуж и теперь ожидала своего первенца. Они грубо сорвали с неё одежду, а потом подошёл один из них и разрубил её живот своим широким мечом, когда из неё начало всё вываливаться, это вызвало у них дикий приступ смеха.
Потом они отрубили Хельге голову, и кто-то посчитал забавным закинуть её в горящий дом. Они устроили соревнование, и когда тот, кто держал меня, уже приготовился отрубить мне голову, чтобы заполучить свой «снаряд». Я даже немного обрадовалась, что это будет быстро и без мучений. Тогда внезапно появился высокий тучный человек на коне. У него была чёрные волосы и густая борода, все его лицо покрыто шрамами. Я не понимала что он говорит, видимо он долго ругался, что они попортили ценный товар. Он забрал меня и долго куда-то вёз, перекинув через круп, я уже плохо помнила что было дальше. Потом он продал меня.