– Господин, позвольте я пойду. – Асми вскочила с мраморной скамьи, сама поражённая тем, какие мысли теперь приходили в её голову. Всего несколько дней назад Пелинор пугал её настолько, что она согласилась бы существование самой жалкой рабыни, спящей на голом полу и питающейся объедками, лишь бы не оставаться ним наедине, теперь же она не могла представить жизни без него. Рабыня поспешила, было, удалиться, но всё же её взгляд ещё раз скользнул по лицу, своего хозяина, покрытое потом от жары, изнурительных упражнений и постоянного ношения шлема. – Господин Пелинор, Вы прикажете подготовить ванну перед ужином?
– Это было бы замечательно. – Ответил он, снова надевая шлем.
Перед тем как забрало скрыло его лицо, Асми успела заметить в его глазах тень нежности, что ещё больше смутило её, покраснев, она ускорила шаг и направилась внутрь виллы. Юная рабыня окончательно престала понимать, кем же её господин считает её в первую очередь, а главное – что она сама к нему чувствует. Остаток дня Асми, Панта, Аннет и ещё несколько помощников из посёлка носили воду из колодца, а затем грели её в чанах. Конечно, они заполнили ёмкости куда больше чем это было необходимо для одного господина Пелинора, но все три девушки не собирались упускать шанса и самим воспользоваться ванной.
Когда начало вечереть, Асми уже ждала господина в ванной-комнате, одетая в свою полупрозрачную лёгкую шёлковую тунику, чтобы помочь с омовением.
– Ты уже здесь. – Произнёс Пелинор, входя в помещения, в его усталом голосе не было удивления, он просто констатировал.
Раздевшись догола, сенатор сначала подошёл к бочке и обдал своё могучее тело из ведра ледяной водой несколько раз и только затем погрузился в горячую ванну. Асми, первым делом, начала тереть его широкую спину губкой.
– Как закончишь со спиной, залезай ко мне сюда. – Произнёс её господин.
Раньше такой приказ смутил бы её, но теперь она без промедления сняла тунику и села в воду прямо между крепких мускулистых бёдер Пелинора, прижавшись к нему, благо размер ванны позволял это. Впрочем, в ней могло бы уместиться и три человека, всё же, в доме сенатора Адэра Пелинора всё несло на себе отпечаток роскоши. Немного воды перелилось за край, но никто не обратил на это внимание, Асми продолжила тереть тело своего господина губкой уже спереди. Сам Пелинор откинулся назад положив руки вдоль по краям ванны, а голову назад, он закрыл глаза и дышал ровно, казалось ещё немного и он уснёт.
– Господин, прошу Вас, не засыпайте. – Слегка игриво произнесла Асми.
– Ах, да, – Пелинор открыл глаза и поднял голову, похоже, горячая ванна его действительно разморила – кончено, мы ведь не должны слишком задерживаться, иначе Аннет и Панте придётся снова кипятить для себя воду. – Произнёс он с лукавой улыбкой.
– Вы знаете?
– Конечно, я знаю обо всём, что происходит у меня на вилле, ну или, по крайней мере, надеюсь, что обо всём. Я знаю, что Хуан, иногда, немного подворовывает херес из погребов, что Аннет, хоть и не умеет читать, временами подолгу разглядывает иллюстрации к рыцарским романам у меня в библиотеке, что Симон, в тайне ото всех упражняется в игре на мандолине, хоть у него ничего не получается.
– Симон? На Мандолине? – Усмехнулась Асми, ей сложно было представить надменного слугу за столь романтичным занятием.
– У каждого есть свои большие и маленькие тайны. – Подытожил Пелинор.
– Кроме меня. – Добавила Асми, затем продолжила чуть замявшись – Господин, та история, насчёт того, что случилось в детстве – она старательно пыталась подбирать слова так, чтобы в очередной раз самой же не вызвать у себя болезненные воспоминания – откуда Вы про неё узнали?
– Всё просто, я ещё вечером, после того как привёз тебя впервые на виллу, отправил Симона к Журдену. – Асми вспомнила, тот обрывок разговора, теперь всё встало на место – Узнав точно, откуда ты, оставалось только вспомнить о том, что происходило в Каледонии около десяти лет назад. Так уж вышло, что я знаю кое-что о тех событиях. – При этих словах лицо Пелинора помрачнело, казалось он тоже что-то вспоминает.