Салли призвала на помощь все свои силы, чтобы и с Томом держаться так же бодро и непринужденно, как с Моррисом. Не так уж трудно было болтать с ним о всяких интересных для него вещах; впрочем, Тома не обманула ее напускная веселость, и он сказал мягко:
— Успокойся, мама. Со мной не надо притворяться.
Ему хотелось знать, что происходит на приисках, как люди относятся к войне. Однако расспрашивал он об этом очень осторожно, и взгляд его, брошенный в сторону тюремщика, сказал Салли без слов, что она должна быть осмотрительной и взвешивать свои слова, чтобы не навлечь неприятностей на Чарли О'Рейли или на кого-нибудь из друзей Тома в ИРМ.
— А как поживает миссис Оуэн? — с тревогой спросил Том.
Салли рассказала ему о посещении Нади и о том, что она уехала в санаторий. У них дома хранится несколько ее книг. Их принесла Эйли и сказала, что Надя просила передать их Тому. Эйли обещала почитать некоторые из них Салли вслух, когда она вернется домой.
— Эйли, чудесная девушка, — улыбнулся Том. — Передай ей от меня самые лучшие пожелания, и Чарли тоже, и всем ребятам.
— Они собираются устроить тебе торжественную встречу, — сказала Салли.
— Скажи им, чтобы они выбросили это из головы, мама, — твердо заявил Том. — Ни к чему поднимать вокруг меня шум.
— Хотелось бы мне сейчас обнять и поцеловать тебя, сынок, да придется обождать до твоего возвращения. Впрочем, это от тебя никуда не уйдет, — сказала Салли.
— Ладно, с меня пока достаточно и обещания. — В глазах Тома промелькнула обычная спокойная усмешка. — Вот только такая встреча мне и нужна. Да еще хороший ужин! Бифштекс с яйцом и яблочный пирог. Могу поспорить, что отец тоже мечтает об этом.
— Все получите, — пообещала Салли. Милый Том, как с ним надежно и спокойно. Всегда найдет, что сказать, чтобы подбодрить ее, внушить ей, что она может помочь ему и Моррису чем-то очень простым и обыденным.
Когда она в сопровождении тюремщика пересекала двор, из тюрьмы уходил еще один посетитель. Это был старик, скрюченный ревматизмом, но шагавший довольно бодро.
— Боже милостивый! — воскликнул он. — Да это миссис Гауг!
В караульной, пока снова проверяли документы получивших свидание, он заметил, обращаясь к неподвижным фигурам в застегнутых на все пуговицы синих мундирах:
— У вас сегодня была почетная посетительница — одна из первых женщин, прибывших на прииски.
Полицейские не выказали ни удивления, ни интереса. Возможно, они никогда не слыхали о приисках я понятия не имели, каково было женщинам в этой глуши в те давние времена.
Когда Салли вышла из мрачных каменных стен, ею овладела необычайная слабость и дурнота. Солнце слепило глаза, ноги подгибались, словно ватные. Неужели упаду в обморок? — с удивлением подумала она.
— Я был так рад увидеть вас, мэм, — дошел до ее помутившегося сознания громкий голос. — Черт побери, я просто не мог не окликнуть вас. Вы не помните меня? А я вас помню еще с тех пор, когда вы с Морри раскинули лагерь в Хэннане. Меня зовут Берт Скрич. Мне тогда здорово повезло в Кэноуне, после этого я и распрощался с приисками.
Салли не могла выговорить ни слова.
— Голова закружилась? — продолжал участливый голос. — Вот тут неподалеку скамейка. Давайте присядем. Уж я-то знаю, каково это — побывать здесь в первый раз.
Он провел Салли к навесу напротив тюрьмы. Посидев немного, она постепенно пришла в себя.
— Спасибо вам, мистер Скрич, — сказала она помолчав. — Мне уже лучше.
— Да что случилось-то? — спросил старик. — Уж не попал ли Морри в беду?
Салли рассказала ему, что произошло.
— Не горюйте, мэм, — ободряюще сказал Скрич. — С Морри все уладится, и с вашим сынком тоже. Народ на приисках знает, что всякое может случиться, когда человека вот так подловят. Да никто и не попрекнет рабочего, если он иной раз прихватит кусочек золота. Я тут изредка навещаю приятеля — он тоже сидит — и научился ладить со сторожами. У меня зять жокей, — шепнул он лукаво, — ну вот я иной раз даю им совет-другой насчет скачек. Они этого не забывают. Так я уж постараюсь, чтоб Морри получал побольше курева и еды, пока он тут.
— Это было бы очень любезно с вашей стороны, — улыбнулась ему Салли, и Скрич расцвел.
— Смешно было бы не сделать такого пустяка для старого товарища, — весело заявил он. — Ведь мы с Морри вместе прошагали весь путь в Кулгарди с первой партией старателей.