Когда Динни подвез Эми к «Звезде Запада», она выпрыгнула из таратайки и с криком: «Папочка! Папочка!» скрылась в гостинице.
Мак-Суини встретил ее с распростертыми объятиями, и Эми разрыдалась.
— Не позволяй маме отсылать меня обратно! — молила она.
— Никуда мы тебя не отошлем, раз ты не хочешь, детка, — заверил ее Мак-Суини. — Но, конечно, Лора будет недовольна, что ты удрала без спросу.
— Я надумала как-то вдруг, — призналась Эми. — Когда получила твой последний чек.
Лору не так легко было разжалобить тоской по дому, как Мак-Суини. Но Эми умела поставить на своем, и ей удалось убедить мать, что она все равно никогда не уживется с бабушкой и дедушкой. Они такие старомодные и чопорные, жаловалась Эми. Вечно делали ей замечания за жаргонные словечки и находили ее поведение недостойным молодой леди. Если она болтала с мужчинами, они говорили, что она ведет себя слишком вольно, и все поминали, что ее мать опозорила семью, выйдя замуж за трактирщика.
— Ну да, так я и знала, — вздохнула Лора.
Эми очень быстро устроила себе жизнь по своему вкусу: бегала по гостям, навещая старых друзей и знакомых, играла в теннис с банковскими клерками и студентами Горного училища и не пропускала ни одного бала или пикника, которые устраивала светская молодежь Калгурли. Впрочем, она старалась помогать матери и взяла на себя кое-какие обязанности: записывала и отправляла в прачечную грязное белье и выдавала свежее для номеров и ресторана. Бумажные цветы были с позором изгнаны из «Звезды Запада», и на столах в гостиной и в вестибюле появились букеты живых цветов и пучки эвкалиптовых веток в больших вазах. Тим Мак-Суини был в восторге, хотя Эми частенько забывала выдать белье или сменить увядшие цветы.
Эми рассказала Салли о своей неудачной поездке в Мельбурн и стала наведываться к ней, особенно в те дни, когда домой ждали Дика. Эми и Дик при встречах сияли от радости, очень смущались и тут же находили тысячи предлогов, чтобы убежать куда-нибудь вдвоем. Когда Эми оставалась попить чайку, все были довольны — и младшие мальчики, и Моррис, и Динни. Они дразнили Дика, называя Эми его зазнобой.
Но Эми так же весело и беззаботно кокетничала еще с десятком других молодых людей. Часто на балу или на пикнике Дик оказывался затерянным в толпе ее обожателей. Эми как-то быстро и незаметно успела его перерасти. Дик был еще студентом, а она уже превратилась в блестящую молодую особу, окруженную поклонниками, из которых многие были вдвое старше Дика и ее самой.
Дика оттирали на задний план. Он не мог соперничать с мужчинами, которые являлись на балы в смокингах и возили Эми кататься в щегольских колясках. И преподносить ей корзины цветов и коробки шоколадных конфет он тоже не мог — у него не было на это денег. Порой на какой-нибудь вечеринке Эми вспоминала о существовании Дика лишь затем, чтобы щегольнуть перед ним новым туалетом или какой-нибудь очередной победой. А случалось, что она, забыв про всех, танцевала и кокетничала только с Диком. Не сразу Дик нашел в себе силы отказаться от этих маленьких подачек, но как-то раз он вернулся домой с вечеринки бледный от бешенства. С Эми все покончено, заявил он Тому. Она может водить за нос хоть всех мужчин в городе, если ей так нравится, но делать из него посмешище он не позволит.
У Дика поначалу был очень несчастный вид. Уязвленное самолюбие, думала Салли. Отринута первая, полудетская любовь. Она досадовала на Эми, причинившую страдания Дику, но вместе с тем была довольна, что у мальчика хватило характера не позволить этой девчонке играть с ним, как кошка с мышью.
Вскоре прошел слух, что Эми помолвлена с каким-то инженером-американцем; затем заговорили, что она собирается замуж за одного крупного золотопромышленника, который по возрасту годится ей в отцы. Но Эми со смехом отвергала все эти нелепые басни и продолжала все так же легкомысленно флиртовать с кем вздумается.
А потом Дик уехал. Один из преподавателей Горного училища получил приглашение в Сиднейский университет и предложил Дику поехать с ним в качестве лаборанта. Это открывало перед юношей большие возможности, и доктор Ларком, прибывший в это время на прииски, посоветовал ему воспользоваться своим пребыванием в университете, чтобы добиться ученой степени. Местная газета посвятила полколонки описанию блестящей карьеры, которая открывается перед этим юным калгурлийцем, приглашенным в университет для демонстрации новейших методов, применяемых при обогащении тугоплавких руд.
Салли ломала себе голову, где ей достать денег на расходы, связанные с этой поездкой. Так или иначе, а достать нужно, решила она. Оказалось, что Том того же мнения. Он не меньше ее гордился успехами Дика и горел желанием помочь брату воспользоваться таким счастливым случаем.