И до боли чего-то жаль,
Ведь у каждого есть потери:
Утке хочется на Пигаль,
На Сите — премудрой химере.
Будет тихий, серый туман.
Будет вечер — ненужный, длинный.
Вероятно, и я сама
Тоже стала игрушкой из глины.
19/ XI, 1926
«Переполнено сердце моё…»
Переполнено сердце моё
Песней звонкой, неудержимой.
Мы не будем больше вдвоём —
Весёлый, нежный, любимый.
Буду письма твои беречь,
Буду в сердце накапливать жалость.
Это всё, что теперь осталось
От коротких, осенних встреч.
Будут мглистые зимние дни,
В окнах — дождик, ленивый, частый.
Как мне радость мою сохранить?
Я ведь знаю, что буду несчастна.
Вот теперь тебе нечего ждать,
Будет каждый вечер, как вечер,
Вот теперь я тебе отвечу
На вопрос — к кому ревновать.
Звонким камнем лечу в неизвестность,
Яркий свет на моём пути.
— Ну, а ты не сердись и прости,
Что я не умела быть нежной.
1/ XII, 1926
Эпилог («Так просто? Будто я была чужая?..»)
Так просто? Будто я была чужая?
Не опустела без меня земля?
А женщины, мой милый, не прощают
Вот эту лёгкость, этот светлый взгляд.
Ты знаешь всё, и мне смешно лукавить.
Ты знаешь то, чего не знала я…
Всё можно было удержать, поправить.
Ты не хотел? Так Бог тебе судья!
6/ XII, 1926
«Тревожна осенняя муть…»
Тревожна осенняя муть.
Зловещи осенние тучи.
Длинный, гористый путь
И мной, и тобой изучен.
Глаза впились в темноту,
Как струна, натянуты нервы,
По плану я знаю — тут
Холодное кладбище Севра.
Дальше — спуск и подъём,
А там полдороги скоро.
Обратно с тобой вдвоём
Пройдём мы вдоль тёмных заборов…
Бросает фонарь копьё,
Теряясь в тумане где-то.
Несу тебе счастье моё,
Чтоб стал ты весёлым и светлым.
13/ XII, 1926
«Снова буду терпеливо ждать…»
Снова буду терпеливо ждать
Этот светлый, синеватый вечер.
Снова ты начнёшь перебирать
Все детали предыдущей встречи.
Что-то расскажу тебе, смеясь,
Только будет голос мой не звонок.
Станешь тихим, потому что я
Для тебя всегда чуть-чуть ребёнок.
А обратно мы пойдём вдвоём
И простимся у высокой двери.
И опять — ленивый день за днём,
В каждом — незаметные потери.
Или я томлюсь в глухом бреду?
Не пойму, что этот вечер значит?
— Вот когда — нибудь я так приду,
Сяду на пол и заплачу.
18/ XII, 1926
«А старушка кормила кошек…»
А старушка кормила кошек
У ограды Пале де Жюстис.
Наверху горели окошки.
Я глаза опустила вниз.
И под сводом вечерней пыли
Мы бродили вдоль серых стен.
На Конкорде фонтаны били,
И пахло ёлками на Мадлен.
А большие, лиловые тучи
Заглушали наши шаги.
Ведь и мы не сделались лучше,
Ведь и город не стал другим.
Я к земле опускала ресницы,
Было больно от пёстрых: огней.
Мне сегодня, наверно, приснится
Чёрный Генрих на чёрном коне.
23/ XII, 1926
Стихи («Они отрадней, чем слова молитв…»)
Юрию
Они отрадней, чем слова молитв.
Их повторять, ведь то же, что молиться.
Я вижу, как туман встаёт с земли.
Я опускаю тихие ресницы.
И за стихом я повторяю стих,
Звучащий нежным, самым нежным пеньем.
Я, как Евангелие, страницы их
Целую с трепетным благоговеньем.