Мы совсем перестали смеяться
И любить непонятное небо.
Видишь: нервно-сведённые пальцы
Ищут корку тяжёлого хлеба.
Мы не ждём сокровенного чуда
И давно разучились молиться.
И глядят, и томят отовсюду
Равнодушные, скучные лица.
В этом мире огромных свершений,
В мире неповторимых созвучий.
Кто нам тихого Бога заменит?
Кто нас детскому счастью научит?
9. X.33
«Всё брошено и ничего не жаль…»
Всё брошено и ничего не жаль.
Всё отнято — и «ничего не надо».
Ползёт на жизнь тончайшая печаль,
Как тишина из дремлющего сада.
Проходит день в спокойном полусне, —
Больной, уже заранее уставший.
И где-то там, в последней глубине,
Бессмысленный вопрос: «А что же дальше?»
Не хочется ни правды, ни тепла,
Ни счастья, ни свободы, ни удачи.
Ведь жизнь меня обидно обошла,
И я в ней больше ничего не значу.
17. II.34. Питье (Госпиталь)
«Будет день — мы уйдём и забудем…»
Будет день — мы уйдём и забудем
Наш непрочный и жалкий уют.
Мы такие же бедные люди,
Как и те, что повсюду живут.
И никто, никогда не узнает,
Как печален был зимний рассвет.
Как мечте о несбыточном рае
Мы смотрели беспомощно вслед.
И никто уже нам не напомнит —
Где, и как, и когда зацвело
В глубине первобытной и тёмной
Это непоправимое зло.
12. III.34
Тебе «Тебе — без упрёка и лести…»(вариант)
Тебе — без упрёка и лести,
Тебе, мой доверчивый друг,
За наше усталое «вместе»,
За лёд не протянутых рук.
За ночи у детской кровати
(Покорное тельце в огне),
За ночи в больничной палате,
В пустой, неживой тишине.
За то, что по-разному верим,
И разное видим вокруг,
За радость и за потери —
Тебе, мой обманутый друг.
Моё не прощённое счастье,
Моё пораженье в борьбе…
— Без боли, без гнева, без страсти,
Последнее слово — тебе.
12. III.34
«Должно быть, так всегда бывает…»
Должно быть, так всегда бывает,
Я лучшей доли не ищу.
Пустая жизнь бесследно тает,
Подобно летнему дождю.
Проходят в будничных заботах
За часом час, за годом — год.
И лишь порой взметнётся где-то,
Тревогой сердце захлестнёт.
Мир станет узким, скучным, серым,
А там, за тридевять земель —
Какие дикие размеры!
Какая огненная цель!
Но, как мираж, неуловимы,
Тоской манящею полны —
В спокойной жизни — мимо, мимо
Плывут волнующие сны.
И снова день — больной и трудный,
Обвитый множеством забот,
Торжественный, привычный, будний
Затянет в свой круговорот.
12. III.34
«Я не боялась, не ждала, не знала…»
Я не боялась, не ждала, не знала,
Не отводила напряжённых рук..
Я всё готова повторить сначала —
И долгий страх, и силу адских мук…
Но если… если?.. О, за все страданья,
За боль, за гнев, за давящую грусть —
К твоим годам, к своим воспоминаньям,
В твой страшный дом я больше не вернусь.
1. IV.34
«О тех, кого я не любила…»
О тех, кого я не любила,
О тех, кто меня позабыл…
О тех, кого я не простила,
Кто не был ни близок, ни мил…
О тех, кому в яростной скуке
Бросала я громко: лови!
О тех, что счастливей в разлуке,
Чем в путах тяжёлой любви…
О тех, равнодушно счастливых;,
Которым везде хорошо…
О женщинах; злых и красивых;
С больной и усталой душой…