31/ I, 1923. Сфаят
«В тишине, когда ночи тоскливо звучат…»
В тишине, когда ночи тоскливо звучат,
Мои мысли послушны и гибки,
И я чувствую долгий, пронзающий взгляд,
И я вижу лицо без улыбки.
Неизбежностью блещет тоскующий взор,
Веют сумраком звёздные дали,
И слагается слов разноцветный узор
И мелодии тихой печали.
И несутся звенящие дни без конца,
Жизнь сплетает красивую сказку, —
И я вижу прозрачную бледность лица
Сквозь холодную, чёрную маску.
31/ I, 1923. Сфаят
«Туманны дали, как вечерний сон…»
Туманны дали, как вечерний сон.
Свивается в капризное журчанье
Теней и звуков лёгкий перезвон
Цветут мечты неясного желанья.
При блеске звёзд струится тихо мгла.
Во взорах звёзд ещё нежней молчанье.
И сказка ночи в небе расцвела.
4/ I, 1923. Сфаят
«Есть в лунном вечере черта…»
Есть в лунном вечере черта,
Когда кончается земное
И расцветает чернота.
Есть где-то грань в полдневном зное,
Когда обычное гнетёт
И рвутся мысли в роковое.
То сон зовёт, то звук цветёт
5/ II, 1923. Сфаят
«Гремели и падали цепи событий…»
Гремели и падали цепи событий,
А в небе бездонном уснула тревога.
Сплетались блестящие звёздные нити.
Душа уносилась далёко, далёко.
Окрасились сумерки нежною лаской.
И плакало сердце, забывшись глубоко
Над детскою сказкой.
5/ II, 1923. Сфаят
Неизбежность («Ты придёшь, тебя я молча встречу…»)
Ты придёшь, тебя я молча встречу
И задую тусклую свечу.
И тебе одной, одной тебе отвечу,
Для, чего безумное ищу.
Прозвучат слова, и дни, и годы,
Промелькнут, погаснут маяки.
Ты придёшь, средь вихря непогоды
У последней, роковой тоски.
Всё, что было — фразы, стоны, цепи
Упадут в крылатую мечту,
И ещё упрямей и нелепей
Жизнь ворвётся в пустоту.
11/ II, 1923. Сфаят
«После долгих лет скитаний…»
После долгих лет скитаний
С искалеченной душой,
Полны смутных ожиданий,
Мы вернёмся в дом родной.
Робко встанем у порога,
Постучимся у дверей.
Будет странная тревога,
Солнце станет холодней.
Нас уныло встретят стены,
Тишина и пустота.
Роковые перемены,
Роковое «никогда».
Жизнь пойдёт другой волною,
В новый гимн сольются дни,
И с измученной душою
Мы останемся одни.
Наше горе не узнают,
Нас понять не захотят,
Лишь клеймо на нас поставят
И, как нищих, приютят.
12/ II, 1923. Сфаят
«На развалинах старого храма…»
На развалинах старого храма
Подняла улыбку весны…
Я люблю «Прекрасную Даму»,
Разлюбив свои мёртвые сны.
Чёрный плащ и чёрные ночи,
Безнадёжно-спокойный узор,
И осенней улыбки короче,
Я люблю тоскующий взор.
Уже вспыхнуло новое пламя
Недалёких, нежданных встреч…
И люблю ещё скрытое знамя
И в руках заострённый меч.
13/ II, 1923. Сфаят
«Пусть в жизни одна пустота…»
Пусть в жизни одна пустота,
Пусть в жизни — сверканье и ложь…
Пройдут однозвучно года,
И вновь этих дней не вернёшь…
В бездонности есть красота,
В бесцельности счастье цветёт.
Одна роковая мечта
Гнетёт, и страшит, и зовёт
В тревоге тяжёлого дня,
В тоске беспощадных разлук —
Там, где-то, ты встретишь меня,
Далёкий, неведомый друг.