(Громко, как бы спохватившись)Играйте, да, во мгле пустых дорог,Пока покорность здесь, у ваших ног!ОНА (вставая)Идёмте дальше.(Они идут по шоссе)Знаете, когда я так иду,Здесь, по шоссе, в пустую темноту,В крови стучит какая-то тревога,Мне страшной делается белая дорога,И кажется, что близко здесь черта,А перейти её нет мочи…ОНБоитесь вы совы, тумана, ночи?ОНАНет, нет, идёмте до конечного куста.ОН (тихо)Боитесь вы?ОНАДо перекрёстка. Пусть темно!Хотя на Старый Форт, мне всё равно!(Скрываются в ночь. Некоторое время дорога пустеет. Потом пробегает рыжая собака. Слышатся приближающиеся шаги. Появляются двое в гардемаринской форме)ПЕРВЫЙНет, вот, сиди теперь и жди!И, кажется, что безнадёжно!Ещё, вдобавок, начались дожди.ВТОРОЙДа, больше верить невозможно!Всё обещают, а надежды нет.ПЕРВЫЙЧто ж! Будем здесь, закиснем в этой яме,Забудем всё, останемся глупцамиИ не увидим университет.ВТОРОЙТак значит — никогда не верь надежде…ПЕРВЫЙ (показывая на шелковицу)Залезем же сюда, как прежде…(Залезают на дерево и молчат. Появляется третья пара. Идут, разговаривая вполголоса)ОНАЧто вас заставило покинуть Крым?ОНДа то же, что и вас, там не было сомнений.Грузили корабли, и я попал последний…И вот мы в Африке сидим.ОНАЧто вы оставили?ОНОтца и мать,И косы длинные, любимые украдкой,Уют, ребячий смех, зелёную лампадку…Всё то, о чём мне больно вспоминать.И грустно мне, что никогдаУж больше не вернусь туда.ОНАЗачем такие мысли допускать?Зачем себя настраивать? Конечно,В семейный круг вернётесь вы опять,И будет счастье — бесконечно.ОННеискренен, неверен ваш ответПройдут года, быть может, много лет…Моё предчувствие давно пророчит,Что прошлому возврата больше нет(Молчание)ОНАКакие пасмурные стали ночи.ОН (задумчиво)Ещё сильней воспоминанья этих мест!Когда я в первый раз, печальный и убогий,Шагал лениво по краю дороги,Не думал я…ОНА (медленно)Среди маслин я вижу крестОН (испуганно)Опомнитесь, что с вами! О, волненье!Теперь вам всюду чудятся виденья.ОНА (не поворачиваясь)Идёмте, сердце стало глуше биться,Мне страшно поднимать ресницы.(На дорогу падают длинные, чёрные тени. Она вскрикивает)ОНЧто с вами?ОНА (тревожно)Тень, здесь тень легла…Я не могу идти, дрожат колени…ОНЗдесь всюду от деревьев тени…ОНАНет, здесь уронила тень живая мгла.ОНЧто с вами?ОНАСлышите, как шелестят маслины,Как стон растёт всё ближе и ясней?ОННет, это только ветер из долины.ОНАНазад, назад скорей!(Яркая молния освещает белое шоссе, кудрявые маслины и тёмные фигуры. Гулкий и сдавленный гром прорезает ночь. Возвращается первая пара)ОНАКак холодно. Уж руки колет дрожь.Как жаль, что не накинула бушлата!Пустынно, жутко всё, и не поймёшь,Какой печалью сердце сжато.Всё кажется, что ждёт уродливая ложьВ бараках деревянного Сфаята.И отчего так страшны вечера?Как будто в вечность падают мгновенья.Все дни, как дни, всё то же, что вчера.Что будет завтра?.. Те же тени…Но жуткой кажется вечерняя игра,Как будто этот день последний!(Уходят)ВТОРОЙ ГАРДЕМАРИН (слезая с дерева)Какой туман… какая тьма…ПЕРВЫЙЗдесь скоро все сойдут с ума!Не знаю, от чего: от скуки, от вина,Но скоро общее безумие настанетВ холодном дождевом туманеЗдесь близко поселился сатана!ВТОРОЙНо странно — днём тревоги я не вижу.ПЕРВЫЙ (решительно)Сходить с ума, так уж в Париже!(По шоссе проходит одинокий силуэт без шапки, с опущенной головой. Ночь и туман поглощают его)КАРТИНА ТРЕТЬЯ(Поздний вечер. Маленькая, деревянная комната, почти сарай. Окно и дверь занавешаны одеялами, потолок тоже из одеял. Пред окном — маленький стол, покрытый каким-то одеялом. У другой двери — низкая постель. На стене, против двери — полка с книгами. Рядом, на паспорту, портреты Чехова и Блока. На столе лампа под зелёным абажуром из бумаги, чернила в пузырьке, перья, карандаши, тетради и листки бумаги. В жестяных банках — два букета ирисов. Тихо. Временами дождь стучит по стенам и крыше. Ветер дёргает ставни. За стеной слышен шум и разговор. Иногда под окошком раздаются шаги. Я сижу перед столом, неподвижно, сжав руки. Взгляд устремлён на цветы. Передо мной раскрытый том Блока. Молчание.)