Невольно задаёшься вопросом, а где же Осирис с Исидой и другие… их бы вовсе не было, если бы не Тот… да, да… Нут образумилась, обещая заботиться о потомстве и попросила бога мудрости помочь. Ведь «первородный хаос» запретил ей иметь детей. Так что, Тот отправился к Ях и выиграл в сенет для «неба» пять неучтённых дней, которые луне пришлось сотворить, отрывая понемногу у каждого дня. Вот в них то и появляются… Осирис, Исида, Сет, Нефтида и Хепри. Получается, если не считать Хора с его детьми, то это самая младшая «ветвь» богов.
А где же человечество? Удивлю. Посетив как-то мать свою Нейт, когда уже разделили Нут и Геба, Ра плакался ей, что скучает на своей ладье во время «дежурств». Ничего интересного не происходит. Тогда богиня благословила сына и из его слёз, упавших на землю, появляются люди. Мы слёзы солнца! А править нами доверили младшим из пантеона…
– В самом начале, моя царица, – ответил Аапехти, – людьми управляли первые боги, сменяя друг друга. Дольше всех царствовал Ра, ему больше всего нравилось править своими творениями. Но, как вы помните, они взбунтовались, и «око Ра», его гневная дочь Сехмет, чуть не уничтожила всех.
Если судить по мифам, в Та-Кемет на «глазах» много чего замешано, ведь есть ещё «око Хора». А дочь свою, кстати, Ра так и народил, вырвав свой глаз.
На слова Аапехти я согласно кивнула, показывая, что мне знаком этот момент.
– Вот тогда Чёрную Землю и поставили под власть молодых богов, что были не способны погубить человечество.
– Но как же Сет? Ведь он настолько силён, что защищает самого Ра от Апопа! – возмутилась я подобным предположением.
– Вы правы моя Госпожа! Именно поэтому ему трон и не достался.
– Хм… довольно странный выбор.
– Но в братстве бытует другое учение… – задумчиво поведал Аапехти.
– Какое же? – я даже оторвалась от спинки кресла, внимая.
– Хепер-Хеперер, божественная… Все божества, есть, по сути, бог Нун, распавшийся на множество частей. А потому их не стоит рассматривать по-отдельности.
– Хм… странная концепция. Хотя… если считать, что они все созданы из его составляющих… то сходится… но являются ли «целым»? Ведь многие между собой враждуют.
– Это очень древнее и глубокое учение, моя Госпожа, которое не объяснишь парой слов.
Жрец замолчал, и ухватившись за висевший на груди знак, уставился вдаль.
Может мне удалось немного отвлечься, а может подействовали микстуры Монтуэма, но боль немного отступила, глухо затаившись где-то внутри. Я же начала обращать внимание на красоты вокруг.
На реке в обилии сновали разномастные рыбацкие лодки, а также транспортные корабли. Царского штандарта нам не полагалось, так что никто вокруг не отрывался от работы, чтобы упасть ниц, и не старался прибиться к берегу, с благоговением освобождая дорогу. Хотя наперерез нашей небольшой, но впечатляющей флотилии тоже никто не лез, просто отгребая, с интересом изучая всё, что можно было разглядеть.
Мои мысли вновь вернулись к недавней встрече в храме. Хотя… «встреча» не подходящее слово. Саму богиню я так и не увидела, только тихий всепроникающий голос, что погрузил словно в кокон. И чувство, что меня видят насквозь, не нуждаясь при этом в рентгеновском аппарате. Странное и неприятное ощущение.
А потом начались видения… возможные действия и последствия, к которым те могут привести. Притом всё менялось, стоило мне подумать о чём-то увиденном негативно или с сомнением. В конце концов образы завертелись в каком-то калейдоскопе событий из моей предыдущей жизни, прошлого Анхесенамон и явно будущего. В конце же стали настойчиво повторяться «кадры» моей ладьи и кишащих вокруг крокодилов в багровых всполохах воды. И я точно была на тот момент в реке… в эпицентре «событий», с невозможностью вздохнуть.
От ужаса просто выпала из транса, обнаружив себя всё там же в храме, стоявшей напротив статуи Себе́ка. Сердце заполошно билось в груди. Когда это случится? А то, что непременно случится, не сомневалась. Увиденное прокручивалось в голове снова и снова вызывая панику.
С сомнением посмотрела на руку в районе подмышки, где темнел небольшой крокодильчик. И как это понимать? Защита или маячок для речной «братвы»?
Угли давно погасли, но быстренько разожгла их снова, пытаясь вновь и вновь достучаться до гадкой рептилии. Поняв бесполезность сего действа, просто покинула святая святых, оставив на полу начавших приходить в себя местных служителей.