Попутной машины, чтобы подбросить их, в тот день не случилось. Поэтому путешествие было совершено в повозке, запряженной кобылой, из чего следует, что на место они прибыли изнемогающими от жары, пыли и жажды. Всю дорогу Белла не отпускала руку Неда. Если бы не сестра, Нед предпочел бы пуститься в жизненное плавание самостоятельно, нанявшись на какую-нибудь плантацию.
Заведение состояло из трех главных одноэтажных зданий и дюжины разнокалиберных домиков поменьше, разбросанных примерно на двух акрах. Деревья поодаль росли густо, и Нед подумал, не начало ли это знаменитых бирманских джунглей. У каждого домика была облезлая веранда и потрескавшиеся оштукатуренные стеньг. Битые окна свисали с петель, а облупившаяся краска лишь завершала картину запустения. Было видно, что к изначальному архитектурному замыслу позже присоединились неудачные дополнения, так что простая элегантность, некогда присущая главному зданию, теперь нарушилась ненужными колоннами и неуместным портиком.
Навстречу им выбежали дети, где-то с десяток. Радостно улыбаясь, они лепетали что-то на бирманском языке. Неду показалось, что всем им лет от пяти до семи, хотя чуть позже показался и мальчик заметно старше. Он держался на расстоянии, но все равно поднял руку в робком приветственном жесте. Потом парнишка неуверенно заулыбался, и брат сообразил, что Белла у него за спиной уже машет мальчику рукой. Насколько Нед мог судить, он был старше ее, но младше его самого. При черных волосах кожа у мальчика была цвета кофе с молоком, что заметно отличало его не только от темнокожих товарищей, но и от Синклеров.
На главной веранде женщина в глухом крахмальном облачении с высоким воротничком, ладонью прикрывая глаза от солнца, ждала, когда новоприбывшие выйдут из экипажа.
— Мистер Фрейзер? Я матрона Брент.
— Ага, здравствуйте. Ну выходи, Нед. Пойдем представим тебя и Беллу! — произнес Фрейзер добродушно, но Нед почувствовал, что его сопровождающий нервничает, больше всего ему хочется быстрее покончить с формальностями и оказаться в другом месте. — О вещах не беспокойся, — добавил он, когда Нед помогал выходить Белле, после чего, переключившись на местный диалект, стал отдавать распоряжения вознице.
Нед позабыл о старшем мальчике, но обрадованные малыши бежали рядом с ними до самого главного здания, смеясь и распевая по пути. Сундуки с вещами остались на хранении в отеле до тех пор, когда все окончательно утрясется, и внезапно Нед почувствовал, какое все вокруг чужое. Знакомы только одежда, что на нем, да рука Беллы.
Крепко сжимая эту маленькую ладошку, он огляделся. Более унылая картина не привиделась бы ему и в страшных кошмарах. В Британии почти везде основным цветом был зеленый, а свет — мягким. Здесь же с раскаленного добела неба, от одного вида которого у непривычного человека мог развиться нервный тик, нещадно палило солнце, при этом воздух был настолько влажен, что этот самый человек запросто рухнул бы в коричневую грязь от изнеможения. Только листва, темная и густо-зеленая, напоминала, что здесь есть жизнь. Все вокруг казалось ветхим и разваливающимся.
Название деревни Нед не в состоянии был произнести, впрочем, он почти пропустил его мимо ушей. Не имея представления о том, где они находятся, он уже мечтал как можно скорее покинуть это место. Но пока что пестрая кучка когда-то беленных домиков, не сулящих большой роскоши, могла дать Белле чувство безопасности.
Пока они шли к матроне Брент, Фрейзер бросил на юношу смущенный взгляд и произнес:
— Вам здесь недолго придется быть, Нед, обещаю.
Тот предпочел промолчать и сосредоточился на миссис Брент.
— Добрый день, Эдвард, — поприветствовала она. — А также Арабелла, если не ошибаюсь. Можете называть меня матроной.
Нед издал нервный смешок, Белла же сочла необходимым сделать реверанс этой женщине с самодовольным лицом.
Внезапно Неду захотелось закричать, что они здесь случайно, но вместо этого он спросил:
— Я здесь самый старший? — и вежливо протянул руку.
Она не пожала ее, но улыбнулась молодому человеку жесткой, быстрой улыбкой, не касавшейся серьезных глаз.
— Да. Но вам следует познакомиться с Робби. — Через плечо Неда она стала высматривать старшего мальчика, Нед же воспользовался паузой, чтобы отбросить с глаз непослушную прядь волос.
Почему он отказался, когда мама еще на корабле предложила постричь его? Никогда больше не проведет она своими нежными пальцами по волосам сына, он не почувствует прохладу ее руки, когда мать случайно заденет ему лоб, не увидит ласковой улыбки. Усилием воли Нед изгнал из мыслей образ матери.