Под общий хохот Джека и остальных сначала обмазали пеной с помощью — он нисколько не сомневался в этом! — кистей для дегтя, потом побрили пилой и окунули в гигантскую бадью с соленой водой к неописуемому восторгу визжащей аудитории. Евгения, находящаяся среди прочих, хохотала как безумная.
Порт-Саид стал остановкой, которую все ждали. Этот первый по-настоящему восточный порт был вехой в ходе путешествия, за которой на судне воцарилась совершенно новая атмосфера.
Пассажиры сменили теплую одежду на летние костюмы. Джек в очередной раз помянул добрым словом лондонского портного, сумевшего убедить его в необходимости запастись легким светлым костюмом при поездке в колонии.
По приказанию капитана женщин в Порт-Саиде не пускали на берег без спутников, так что, откликнувшись на призыв целиком женской компании Евгении, Брайант отправился с ними в качестве защитника в город, кишащий, по слухам, головорезами, карманниками, нищими попрошайками и волшебниками всех мастей и национальностей.
До сих нор Джек полагал, что переполненные улицы Лондона подготовили его к пребыванию в большинстве городов, но Порт-Саид не походил ни на что, ему знакомое. На ум приходил праздничный день в Пензансе, только народу было гораздо больше, а буйство красок поражало. Их компанию сопровождала толпа мальчишек, надрывно убеждающих гостей в том, что они за грош покажут им лучшие магазины, помогут купить самые дешевые сувениры и превосходные товары. Не отставали и нищие, а также бродячие поставщики чего угодно, от вышивок до фарфора.
Считалось, что всем, отправляющимся в Индию в первый раз, необходимо посетить знаменитый магазин «Симон Артц». В нем торговали абсолютно всем, но особенно он прославился как центр, где можно подобрать топи, или колониальный шлем, — головной убор, без которого, как говорили, не обойтись никому, ни мужчине, ни женщине, если они имеют намерение отправиться в тропики.
— Никогда не выходите на индийское солнце с непокрытой головой, — подчеркнула Агата, тетушка Евгении, проверяя на прочность шлем, который девушка подобрала для Джека. — Вы только несколько дней будете чувствовать себя глупо, а потом уже сами не захотите с ним расставаться.
В магазине толпились люди, которых он знал, но было много и незнакомых лиц.
— Это пассажиры первого класса, — предупредила тетя Агата. — Они тоже покупают топи фирмы «Бомбей баулерс». Если ты не носишь его, то считается, что ты не принадлежишь к избранным. А быть англичанином и не принадлежать к избранным, когда в Индии так немного нас, правящих миллионами, — это почти предательство.
Джек с улыбкой заплатил за шлем, но только после того, как тетя Агата сбила цену с помощью слов вроде «нелепо» и «грабеж». После магазина он предложил женщинам освежиться под тенистыми сводами главного торгового центра порта. Напиток был прохладен, а компания приятна, но от путешественников по-прежнему не отставала навязчивая орда, изводя их призывами купить шаль, вазу или липкие сладости.
В конце концов они были откровенно рады вернуться на борт «Налдеры», где, как оказалось, за время их отсутствия произошла метаморфоза. Офицеры переоделись в белоснежные мундиры. Европейцы в своих новых шлемах имели откровенно нелепый вид, но этот вопрос не подлежал обсуждению. Что касается женщин, то они неожиданно оказались облаченными в муслин и прозрачные ткани. Горячие супы сменились холодными, обращали на себя внимание и новые, более рискованные блюда в меню, острые, с содержанием бобовых, вроде чечевицы, или с добавлением соусов, которые в начале путешествия показались бы странными.
Наконец, когда судно одним долгим гудком просигналило о своем отбытии, возбуждение на борту стало еще заметней, что объяснялось предстоящим плаванием по чуду индустриальной революции — Суэцкому каналу.
Джек не возражал бы против того, чтобы добраться до Южной Атлантики через такие места, как открытый всем ветрам остров Святой Елены — место упокоения Наполеона, или по менее освоенным водам в районе мыса Доброй Надежды и далее — мимо Африканского Рога. Но инженерное чудо, которое представлял собой Суэцкий канал, почти вдвое сокращающий время путешествия в Индию, разумеется, тоже манило его.
— Тоска по дому никогда не проходит, Джек, — говорила тетя Агата.
Стоя на палубе и держась за поручни, они наблюдали, как порт медленно исчезает вдали. Джек пытался отвлечься от ощущения, что он выглядит предельно глупо в этом своем топи, похожем на шлем пожарника.