— Но я надеюсь, что мы скоро увидимся?
— И я надеюсь. — Санса улыбнулась и посмотрела на него извиняющимся взглядом. — Просто… Столько всего произошло… И мне надо прежде всего разобраться с некоторыми делами. Обещаю, что позвоню тебе, и мы увидимся. Если ты захочешь, конечно.
Сандор знал, что будет ждать её, как верный пёс ждёт, пока его хозяйка бросит ему кость. Будет ждать, что она, в конечном итоге, выберет его… Ты такой идиот, Клиган, жизнь ничему тебя не учит.
— Конечно же, я хочу этого, пташка.
Он продолжал касаться её губ своими, чтобы в последующие бесконечно пустые дни вспоминать их форму, изгибы, мягкость.
— Ты, наверное, хочешь принять душ? — Сандор, наконец, сделал над собой усилие, чтобы оторваться от неё. — Иди, я здесь приберу.
Санса зашла в дом, а он остался сидеть на крыльце допивать свой кофе, и осознание происходящего, наконец, нахлынуло на него. Он мог бы размечтаться и даже убедить себя, что всё будет в порядке, и совсем скоро они встретятся снова. Если бы дело было только в том, чтобы ждать её — о, он мог бы ждать сколько понадобится! Но горький опыт неоднократно учил его, что всё складывается совсем не так, как хочется, и порой обещания людей не стоят ровным счётом ничего. А посему не стоит особо цепляться за её слова: уже через несколько часов она вернётся в город, и Инверналия вместе с Сандором Клиганом останутся позади, равно как и её старый дом с воспоминаниями, которые он в себе хранит. Всего лишь несколько приятных мгновений, которые смогли отвлечь её от повседневных обязанностей. И вообще, неизвестно, что было бы хуже: никогда не встречать её снова, или потерять во второй раз.
Сандор представил себе её… в его душе… обнажённую… Сейчас она смоет с себя остатки прошедшей ночи и уедет в домик Бриенны, чтобы собрать свой чемодан и опять исчезнуть из его жизни на неизвестно сколько времени… Ему потребовалось немало усилий, чтобы остановить себя и не ворваться в душ, и не заняться с ней любовью прямо там. Тогда у тебя точно будет о чём убиваться неделями!
Перед мысленным взором Сандора всплывало все то, что произошло с ними за эти дни, и то, что могло бы произойти, как вдруг зазвонил телефон. Сандор вернулся в гостиную, нашёл телефон на барной стойке и поморщился, увидев входящий звонок от Бриенны. Он не собирался ей отвечать: Бриенна прекрасно знала, что воскресное утро — самое неподходящее время, чтобы его беспокоить, — но она чертовски упряма, и будет звонить до тех пор, пока он не ответит. Сандор нажал на «приём» и присел на стул возле стойки.
— Да, привет… Да, здесь. Какого… ты от меня ничего не услышишь! Думайте что хотите!.. А-а… ладно, я ей передам. Давай, пока!
Через несколько минут Санса вышла из ванной, одетая в своё платье и с тюрбаном из полотенца на голове, села на барный стул рядом с ним и тепло улыбнулась. Сандор подошёл к ней и, устроившись между её ног, сдвинул подол платья, чтобы оставить больше места своим ладоням. Она пахла его шампунем, мылом и свежестью, и Сандор не мог удержаться, чтобы не гладить её, поднимаясь всё выше к бёдрам. Санса обняла его за талию и притянула к себе.
— М-м-м… Нет ничего лучше горячего душа с утра! — промурлыкала она ему в грудь.
— Честно говоря, я знаю ещё несколько способов начать утро идеальным образом. — Сандор слегка касался губами её шеи, зная, что им осталось всего несколько поцелуев до расставания. — Слушай, звонила Бриенна. Спрашивала, здесь ли ты. — Ещё один поцелуй. — Она готовит что-то вроде прощального обеда, собирает всех. — И ещё один… на этот раз последний.
— Звучит неплохо, — еле слышно прошептала Санса. — Тогда нам нужно выезжать?
Сандор оторвался от её шеи и посмотрел ей прямо в глаза.
— Я не поеду.
— Почему? Она ведь и твой друг тоже?
— Санса, мне кажется, не стоит всё усложнять. Лучше попрощаемся сейчас.
Он видел, как её глаза наполнились грустью, ещё до того, как закончил говорить, но ничего не мог с этим поделать. Он не выдержит ещё несколько часов прощания с ней, тем более, когда она будет окружена друзьями, каждому из которых потребуется её внимание.
— Ну, пожалуйста, пойдем! — Она всё ещё пыталась убедить его, хотя осознавала, что никакие слова и сладкие улыбки не помогут.
— Не думаю, что это хорошая идея. Так будет лучше, поверь.
— Лучше для кого? Для тебя? — В её голосе не было злости, только разочарование.
Сандор был готов сделать всё, что она попросит, но сейчас… он ведь уже принял решение, поэтому лучше будет покончить с этим как можно быстрее. Он отошёл от Сансы, а она осталась стоять там с грустной улыбкой на лице, которая выглядела не очень-то удачной. Вздохнув, Санса зашла в ванную и принялась расчёсывать влажные волосы. Седьмое грёбаное пекло! Она такая красивая! Она милая, добрая, умная, забавная, и он не может сделать решительно ничего, чтобы задержать её! Сандор стоял посреди гостиной, засунув руки в карманы, и наблюдал, словно в замедленном кино, как она выходит из ванной, надевает свои туфли, берёт свой клатч с дивана и возвращается к нему.
Приблизившись, Санса обвила его руками и прижалась к его груди, а он уткнулся лицом в её макушку.
— Аккуратнее там с хищниками. И смотри, не поскользнись. Меня не будет рядом, чтобы тебя спасать, — пробормотал он и почувствовал, как её спина вздрагивает от хихиканья. От этого стало ещё горше.
Наконец, Санса слегка отдалилась и посмотрела снизу вверх.
— Значит… вот и всё?
Сандор оглянулся на крыльцо, оглядел кромку полей за домом и не нашёл что сказать. Его руки безвольно повисли вдоль тела.
— Получается, так… — выдавил он из себя.
Санса кивнула и, открыв калитку, шагнула прочь из его жизни. Сандор не нашёл в себе сил посмотреть ей вслед, но с мягким щелчком замка на него обрушилась вся боль одиночества, от которого он только-только начал отвыкать.