— В меня уже не лезет! Я не могу больше есть, Санса! — Сандор жаловался ей по телефону, когда она позвонила ему вечером. — Мать Бриенны готовит ещё лучше, чем она! Что за семья, ты не представляешь! Теперь я понимаю, почему Джейме в таком восторге от них!
Санса с удовольствием слушала его голос и смеялась над его жалобами.
— Мы тоже хорошо провели вечер. Мы уже давно не собирались все вместе за ужином…
— Я скучаю по тебе, пташка…
— И я по тебе…
И хоть их разделяли сейчас многие и многие километры, Санса могла бы сказать, что это был один из счастливых дней в её жизни.
ЯНВАРЬ
До полуночи оставалось всего пять минут, и они были готовы встречать Новый год. Санса едва успела приехать в Инверналию, потому что этот [ходор], её бывший, не придумал ничего лучше, чем свалить на неё годовые отчёты. Сандор ненавидел этого парня всё больше и больше с каждой неделей. Он прекрасно видел, что Гарлан, мать его, Тирелл пытается утопить Сансу в море работы, с каким-то садистским наслаждением наблюдая, как у неё остаётся всё меньше и меньше свободного времени. Он умело использовал её ответственность и трудолюбие, и Сандору это совершенно не нравилось. Он уже давно задумывался о том, что эта работа её убивает, и ей стоило бы заниматься чем-то своим, чем-то, что было бы ей по душе. Он уже несколько раз собирался заговорить с ней о том, что она могла бы подумать о другом месте работы, но не решался сделать это. Не то чтобы Санса не прислушивалась к его советам, но он сам не считал, что вправе требовать от неё изменить свой привычный ход жизни. Они вместе всего каких-то три месяца — не так уж и много, чтобы всё менять.
Джейме наполнил бокалы шампанским, а Вель включила телевизор, чтобы услышать, как столичные куранты возвестят о наступлении Нового года. Сначала они поужинали у Бриенны, а потом отправились в «Стену», где встретились с остальными друзьями Сансы. Берик и Джейн были уже здесь, Подрик слонялся из угла в угол, расстроенный тем, что Миранда не приехала в этот раз с подругой. Санса извинилась за неё, объяснив, что та обещала провести эти праздники с семьей. Подрик, несмотря на увещевания Сансы, выглядел таким расстроенным, что Сандору даже стало его жаль.
Санса сегодня была в золотистом коротком платье в обтяжку и выглядела так восхитительно, что половина гостей в баре, включая его самого, не могли отвести от неё глаз. Сандор же надел ту же рубашку, в которой был на фестивале в Салинасе. Он надеялся, что Сансе она понравилась. Спустя две недели, которые они провели порознь, пока она была в кругу своей семьи, Сандор не мог думать ни о чём другом, кроме как утащить её отсюда домой, сорвать с неё это крошечное платье и заняться любовью. В то же время, ему было приятно быть здесь, окружённым этими людьми, которые с недавнего времени стали частью и его жизни. Это был огромный прорыв по сравнению с прошлым годом, и Сандор мог бы сказать, что ему это нравится.
— Так, всё, замерли! — крикнула Вель, забираясь коленями на барный стул, чтобы возвышаться над толпой друзей. — Десять!.. Девять!..
Все они нестройным хором досчитали до нуля и радостно завопили, когда экран телевизора осветился сверкающей надписью «С Новым годом!»
С последним ударом курантов Санса бросилась ему на шею и страстно поцеловала, и весь мир для них сузился до этого поцелуя. Вокруг них люди обнимались и поздравляли друг друга, змеились в воздухе серпантины и кружили конфетти, осыпая их разноцветным снегом. Но это всё было в каком-то другой, параллельной реальности. Для них же не существовало ничего кроме губ, рук и горячего дыхания.
— С Новым годом, Сандор! Это самый лучший Новый год в моей жизни!
Сандор мог бы растечься от счастья прямо там, на дощатом полу паба, если бы не Джейме, который уже орал ему в ухо какой-то тост и протягивал свой бокал.
***
— Ты слишком много работаешь, Санса.