Даже Паша, несмотря на атмосферу, почувствовал себя «в своей тарелке» и полностью расслабился, рассказывая удивительные случаи из жизни библиотекаря.
Токарев решил развлечься после тяжелого дня, предупредив своих «домочадцев» о том, чтобы его не ждали, и что придет он под утро. Мира сказала что-то про приход друзей, но Влад слушал её в пол уха, обдумывая предложение Башина собрать подписи депутатов в пользу отставки мэра со своего поста.
Все-таки, каким бы ушлым не был Богдан, он смыслил в политических интригах намного больше него, ведь после того, как к Владу переехали жить Ручкины, рейтинг перспективного депутата взлетел до небес.
После работы, Влад пересекся с Викой, которая потащила его на встречу со своими подругами в ночной клуб. Влад чувствовал себя трофеем в её ловких руках, которым она гордилась и постоянно выставляла напоказ. «Он мой и только мой!» - кричали все её жесты, особенно на публике. Ладонь на колене Влада, соблазнительный смех и регулярные легкие поцелуи любимого заставляли подруг зеленеть от зависти, хотя и скрывать это неприятное чувство за шаблонными улыбками и разговорами о новых поклонниках и приобретенных за бешеные деньги сумочках из последних коллекций модных домов.
- Малыш, я пойду, попудрю носик, - обратилась Вика к Владу. – Девочки, вы со мной? – спросила она у подруг.
Длинноногая Света сразу же согласилась с Викторией, а вот вторая подруга – светловолосая Алина, предпочла остаться в компании Влада за столом.
Токарев знал, что под выражением «пойду, попудрю носик» подразумевалось сорокаминутное отсутствие его девушки, которая по пути в туалет непременно встретит подруг и поклонников, в связи с чем Влад, предложив Алине выпить, отправился к барной стойке за коктейлем для дамы и стопки виски для себя.
- Ты такой милый, спасибо, - поблагодарила Токарева Алина, беря из его рук свой сине-зеленый коктейль.
Влад одним махом выпил крепкий алкогольный напиток, принявшись рассматривать публику на танцполе и не заметил, как Алина оказалась в критической близости от него, поглаживая крепкое депутатское бедро своей горячей рукой, тепло которой обжигало кожу даже сквозь ткань его брюк.
- Алина, ты что творишь? – обалдел Влад.
- Делаю тебе приятно, - замурлыкала как кошечка, не перестающая наглаживать ногу депутата, девушка.
- Перестань! – Влад скинул руку Алины со своего бедра, но вместо того, чтобы отсесть от него подальше, настырная девица переложила руку на его грудь, и, расстегнув пуговицу на его рубашке, начала вырисовывать пальцами на коже Токарева витиеватые узоры.
- Ведь ты же меня тоже хочешь, я знаю, - прошептала девушка, схватив ладонь Влада, проведя ею по своим чулкам, задирая юбку лимонного платья с пайетками. – Я сделаю всё, что ты захочешь! - пообещала она, поцеловав не ожидающего такого поступка Токарева прямиком в его полураскрытые от удивления губы.
Влад быстро сообразил что к чему, с силой откинув самоуверенную девицу от себя. Алина даже отлетела на другой край дивана и с обидой смотрела в сторону стирающего её помаду со своих губ Влада. Сделал он это вовремя, поскольку спустя мгновение к столику подошла Вика со Светланой, которые мирно щебеча о своих женских радостях и проблемах, уселись за стол.
- Ты скучал по мне, котик? – спросила Виктория, чмокнув отрешенного Токарева.
«Не успел», - хотел сказать Влад, но вслух ответил:
- Конечно, дорогая. Знаешь, я что-то устал, может, поедем домой? – предложил он, даже не смотря в сторону Алины, которая притихла и молча сидела в углу.
Безусловно, Вика не собиралась оканчивать веселье вот так сразу, но оставаться в компании своих товарок без «трофея» теряло свою актуальность, и она, скрыв разочарование, согласилась с возлюбленным, и, улыбнувшись подругам, отчалила с Владом домой.
Влад очень хотел поскорее забыть этот неприятный случай в клубе, и стал раздевать Вику еще в такси, осыпая пылкими поцелуями смеющуюся девушку.
- Что на тебя нашло, Владик? – спросила она, сквозь хохот от щекотки щетиной Токарева своей нежной кожи шеи, благоухающий цветочными духами.