- Неужели ты закрутила с дружком Владислава Сергеевича?
- Люба! – прервала я её.
- Хорошо, хорошо. Вообще то, противоположности притягиваются. Может, если копнуть поглубже, у вас найдется много общего?
Я задумалась, ничего не ответив. В общем то Влад хороший. И деду помог, и терпение у него золотое. Только как ему теперь в глаза смотреть? И девушка у него есть… Он же мужчина, а я сама виновата. Если сладкоежке предложат красивый вкусный пудинг с вишенкой, разве она откажется?
- Эх, сердце Пипетки будет разбито, - видя, что я ушла в глубокие мысли, лирически произнесла Люба, и я впервые за сегодняшний день искренне улыбнулась.
Глава 20
- Вика, нам надо серьезно поговорить, - произнес Влад глядя на свою цветущую подругу, сидящую напротив него в уличном кафе.
- Да, котик. Я вся к твоим услугам, - улыбнулась Вика, проведя пальцами по ладони Токарева, лежащей на столе. Однако, к её несказанному удивлению он отдернул руку, спрятав её под стол. – Что-то случилось? – червячок сомнения о причине их встрече стал вгрызаться в мысли девушки.
- Да. Мне кажется, что наши отношения изжили себя, - видя перед собой эту красотку в платье до колен персикового цвета, Влад совершенно ничего не испытывал. Эти депутатские обязанности совсем запорошили ему мозг, раз он не замечал раньше всю эту показную «любовь» Вики.
- Что ты такое говоришь? – девушка действительно испугалась не на шутку. Что это с Токаревым? Совсем с ума сошел? – Если ты обиделся, что я пропадала несколько дней, то это же не специально. Я была занята!
- Чем? Позволь узнать. И не пару дней, а полторы недели, - «а Токарев то, оказался не таким тюфяком, как ей казалось», - подумала Виктория. – Бегала по фитнес-центрам и салонам красоты? Спасала мифического кота своей подруги? - Вика с ужасом взирала на то, как её потенциальный мэр хочет разорвать их отношения. – Скажи честно, ты хоть любила меня? – в голосе Влада чувствовалась такая обида и огорчение, что Вика решила действовать осторожнее.
- Влад, я тебя не узнаю! Конечно, я тебя люблю. Что за глупости? Стоило оставить тебя в одиночестве, как ты уже напридумывал себе Бог знает чего, - Вика не понаслышке знала, что лучшая защита – это нападение.
- Это я тебя не узнаю, или же, наоборот, слишком хорошо тебя узнал, - холодным голосом ответил Влад.
- У тебя кто-то появился? – Вика вернулась в привычное амплуа стервы, собираясь вырвать все волосы на голове у соперницы.
- Надо же, теперь это стало тебя волновать, - иронизировал Влад. – Вика, продолжай жить своей жизнью. Мне надоело быть твоим «трофеем», - Токарев встал из-за стола, собираясь уходить.
- «Мне надоело?» - повторила за Владом Вика. – Да ты без меня никто! – Токарев на секунду остановился, обернувшись на девушку через плечо. Но ответа Виктория так и не дождалась, потому как Влад, усмехнувшись, продолжил свой путь по направлению к машине.
* * *
Савелий жутко нервничал. Вот уже неделю он не спал ночами, придумывая всё новые эскизы и в двадцатый раз переделывая акценты своих конкурсных моделей платьев.
- Сава, прекрати так переживать, - сказала Мэнди, наливая чай растрепанному стилисту.
- Как же не переживать? Завтра конкурс, а у меня ничего еще не готово, - Савелий схватился за голову, испуганно взглянув на девушку в черном трико. Белый парик валялся рядом на стуле, и перед ним стояла привычная Морозова с длинными черными волосами, собранными в хвост.
- Всё у тебя готово. Не веди себя, как истеричка, - пожурила стилиста Мэнди, ставя кружку чая на стол перед ним. – Пей чай. Завтра, когда победишь в первом этапе – пойдем пить что-то более горячительное, - подмигнула девушка.
Савелий сделал глоток горячего чая и вновь поднял глаза на Мэнди.
- Спасибо тебе. Ты ради меня даже стиль сменила, - поблагодарил он её.
- Вот именно. Теперь ты просто обязан победить, - улыбнулась девушка, присаживаясь рядом с ним на стул. – Ты заполнил все нужные для участия документы?
Савелий внезапно побледнел и вскочил из-за стола.
- Что случилось? – испуганно спросила Мэнди.
- Я забыл папку у Миры, когда был у нее на последней примерке. Эскизы надо завтра утром отдать организаторам конкурса, - объяснил растерянный мужчина.