- С ней работают врачи, - коротко бросила она, оставляя парня наедине.
Он безумно боялся этого дня, и вот он настал. А он стоит здесь беспомощный и бесполезный, и не может ничем помочь своему родному человеку.
Телефон в кармане зазвонил резко и раздражающе, Денис автоматически поднял трубку, не видя ничего перед своими глазами.
- Не бросай трубку, я обо всем знаю, - раздалось там сухо.
Он отнял телефон от лица вглядываясь в буквы, и читая их по слогам.
- Я готова помочь, у меня есть достаточно денег, и я могу поделиться ими с тобой уже сегодня.
Сегодня и нужно. Мало того, что сегодня, нужно сейчас. Немедленно. В эту же секунду.
- Скажи мне где ты, я приеду и мы с тобой поговорим.
Денис сжимал телефон, побелевшими пальцами. Рот не хотел открываться, говорить не хотелось ничего.
Но он не мог. Просто не мог рисковать ещё раз.
- Шестая клиническая, - процедил он, проклиная Бога, за то, что он заставляет его делать это. Облачает в рясу предателя, и ставит на лоб клеймо, которое никогда не заживет.
Ника шла по больнице, уверенная в себе, как никогда. В небольшой, но вместительной сумочке- чемодане, она несла плотно набитые пачки купюр.
Конечно, была мысль не снимать деньги, теряя тем самым драгоценное время, но она все же решила, что наличкой будет куда заманчивее и убедительнее.
Да, черт возьми, Ника хотела получить Дениса. С первого взгляда, как только увидела его. Что- то внутри звонко щелкнуло, и заклинило. Зациклило ее на этом парне. Он должен быть с ней. Главное и единственное желание, которым Ника бредила. Да все деньги она готова была швырнуть к его ногам, только чтобы он больше никуда не делся. Крепостное право давно отменили, но людей по- прежнему можно было купить.
Продается все. И все имеет свою цену.
Цена Дениса была не так уж и высока.
Ника увидела парня, который сидел в длинном коридоре, недалеко от массивных дверей, с красной надписью " реанимация". Ну вот и все. Осталось только заключить сделку и все останутся довольны.
Денис получит деньги, его мать дорогостоящую операцию, а Ника наконец, его. Все честно, не так ли?
- Привет, - проговорила она, присаживаясь рядом.
Безжизненное лицо испугало её. Бледная кожа, потрескавшиеся губы.
- Что говорят врачи? - Задала она следующий вопрос, не дождавшись приветствия.
- Хватит изображать заинтересованность, - холодно ответил Денис, продолжая сидеть прямо, упираясь головой в голубую стену.
Его кадык нервно дрогнул, когда он сглотнул поступившую горечь.
- Я ничего не изображаю. Здесь деньги, - Ника придвинула к нему сумку, и он краем взгляда отследил её движение.
- Сколько?
- Хватит, - уверенно ответила Ника, - если не хватит, сниму ещё.
- Чего ты хочешь взамен?
Денис продолжал сверлить взглядом стену напротив.
Конечно, он догадывался о том, что сейчас услышит, но крохотная надежда, на то, что все вывернется хоть немного щадяще, тлела в груди.
- С этой минуты, ты навсегда оборвешь все контакты с Кирой, и попробуешь со мной.
Попробуешь? Денис едва не рассмеялся. Почему попробуешь? Почему это звучит не в приказном тоне? Играет в благородство? Не хочет выступать насильником?
- Попробуешь? - Повторил за ней Денис. - А если не получится?
- Получится, - уверенно заявила она.
Вот как. Все так как он и думал, решила приправить едва уловимой возможностью выбора, и тут же обрубила все концы.
- Зачем я тебе? Зачем я ей? Что вы бл*ть, вцепились то в меня?!- Денис изо всех сил ударил по деревянной лавке, и тут же, на его костяшках выступили багровые следы.
- Я люблю тебя,- пожала плечами Ника
Все же просто как дважды два. Разве не понятно?
- Любишь,- он усмехнулся, качая головой, - это больше похоже на спорт. Извращенный и очень жестокий. Я не люблю тебя и ты это прекрасно знаешь.
Он сам не понимал зачем это говорит. Зачем отпугивает от себя, теряя последнюю надежду на хоть какой-то шанс.
Но Денис устал. Устал работать не покладая рук, с самого детства, которого у него никогда не было, устал решать взрослые и сложные вопросы, устал бояться.
Сейчас, он чувствовал себя маленьким, незащищенным, не готовым принимать такие сложные решения. Они уж точно были ему не по плечу.
- У нас бы точно все получилось, если бы она не влезла, - с ненавистью прошипела Вероника.
Она была уверена в своих словах. Она искренне считала, что в этом истина. Она верила в то, что не делает ничего предрассудительного, не шаниажирует, не ломает волю, не принуждает, а спасает.
Потому что знает цену чувствам, только она, не избалованная Кира, которой всегда доставалось все самое лучшее.
Она никогда не слышала насмешек в свой адрес, её никогда не высмеивали в школе за рваную куртку, или короткие штаны, из которых она выросла, в нее никогда не бросали камни, никогда не унижали и не насмехались, просто из- за того, что она бедная. Кира росла как редкое растение в защищенной оранжерее, за стенами которой могли бушевать ураганы, взрываться вулканы, наступать конец света, и зарождаться новая жизнь. В её же прочной обители, всегда было светло и в меру влажно. А она вынашивала в душе столетнюю печаль, и все потакали её притворным страданиям.
Во главе с Германом, которого Нике тоже удалось взять в оборот. А теперь она отнимет у неё и Дениса, потому что человек, постоянно ищущий страдания, должен по-настоящему страдать. Закон кармы никто не отменял.
Дверь реанимации распахнулась, и оттуда вышел врач. Денис сразу же вскочил, вытянувшись перед ним.
- Молодой человек, мы уже и так сделали все что могли, - проговорил он выражая недовольство.
Ника видела как напряглась спина парня. И поспешила встать с ним рядом.
- Послушайте, - приторно- сладко произнесла она.
Это не был флирт. Это был тон, который не каждый может себе позволить.
- У вас есть два варианта, хорошо постараться или вылететь отсюда к чертовой матери. Вы, вероятно, знаете, сколько студентов ежегодно выпускают медицинские университеты?
- Вы что себе позволяете? - Закашлялся доктор.
- Мы покрываем все необходимые расходы, и ты получишь сверху половину от стоимости, если сделаешь все так, как надо...
- Я не могу гарантировать, случай слишком запущен...
- Тогда, я не могу гарантировать, что завтра вы выйдете на работу, - улыбаясь проговорила Ника,- Делайте все возможное, а после, мы перевезем маму в Америку.
Дениса словно облили холодной водой. Он стоял молча, не в силах противоречить, будто рот намертво заклеен.
- Я не знаю, мы не думали...,- пробормотал врач, но Ника обхватила его под руку, не дав договорить.
- Где ваш кабинет? Давайте там все обсудим.
Девушка удалялась, стуча каблуками, от эха которых, Денис должен был прийти в себя.
Время шло, но этого не случалось. Он был в вакууме, из которого никак не мог найти выход.
- Ты слышишь меня?- Ника потрясла его за плечо, с обеспокоенным взглядом,- вот, выпей.
Она вручила ему бумажный стаканчик с горячим кофе, но Денис даже не чувствовал, как горячая жидкость обжигает его руки.
- Открой рот,- Ника присела ему на колени, держа пальцами продолговатую капсулу.
- Что это?
- Успокоительное. Нужно что бы ты пришел в себя. Врач сказал, через неделю мы сможем забрать маму в Америку.
Она снова это сказала. Так, будто сто лет знала его, знала его мать.
- У тебя есть загранник?
- Нет, - выдавил он из себя.
- Значит завтра сделаем, - беспристрастно проговорила Ника, словно она говорит о рядовом походе за хлебом.
- Денис, телефон.
Ника встала с его коленок, почувствовав вибрацию.
Парень тряхнул головой, возвращаясь в реальность. Мерзкая, лицемерная, холодная, но она существовала, и ему приходилось в ней жить.
На экране светилось одно единственное слово : "Золотая".
Денис тупо смотрел на экран, не решаясь ответить.
Ника нетерпеливо переступила с ноги на ногу.
- Твоя часть уговора, Денис.
Он перевел на нее взгляд, готовый убить её прямо на месте. Готовый сварить собственными руками ограду на ее могилу. Вычертить красивые цифры на надгробии, и бросить на сырую землю цветы. Такая благодарность вертелась в его голове. И не имела права вырваться наружу.
Он поднял трубку, словно в его затылок направили двустволку, и заставили это сделать.