- Выключи тогда телефон.
- Я сама разберусь, что мне нужно делать, ладно ?
- Да хватит!- Прикрикнул Герман,- Ответь на гребанный звонок. Думаешь я не вижу, как ты хочешь этого? Думаешь, я ослеп и не замечаю, как ты линчуешь себя рядом со мной? Если это такая благодарность, то и даром не надо. Я не хочу так. Ясно тебе?
Герман выхватил сумочку, оттолкнув девушку, которая попыталась отобрать ее.
- Не надо думать обо мне и строить из себя жертву. Мне не нужны жертвы.
- Никаких жертв,- возмутилась Кира,- я все уже решила.
- Я повторяю, я не ослеп. За все эти дни, ты избегала меня и любого контакта со мной. Как долго это будет продолжаться? Ну давай же, решим все раз и навсегда, потому что мне надоело это все. Я устал. И если ты хочешь сделать мне хорошо, то сделай в первую очередь, хорошо себе.
- Дай сюда гребаную сумку! - Выкрикнула Кира и ожидающая посадки пара сидевшая рядом, бросила на них быстрый взгляд.
Она открыла замочек и достала мигающий телефон. Какой это был вызов? Уже не пересчитать.
- Я все равно улетаю, -коротко ответил Герман. - Мешать тебе не буду.
Но внутри все сжалось превращаясь в мелкие крупицы. Словно его засунули в тиски и сжали с обеих сторон.
Это был судный день.
Судный час и судная минута.
Он видел как она сжимает трубку, как въедается глазами в ненавистное имя, где-то отдаленно объявили, что начинается посадка. Но мир вокруг замер, словно его накрыл вакуумный колпак. Вот все и решилось.
Уходя уходи.
Не смотря на то, что ноги плохо слушались, он подошел к чемодану, вытащил ручку.
Бросил последний взгляд на ту, без которой и существования дальнейшего не видел, но нашёл же силы, пусть не сразу, смог наступить себе и своим желаниям на горло.
- А я сама свой тащить должна? - Возмущенно спросила Кира, когда увидела, что Герман собирается уходить.
Он замер, пытаясь адекватно расценить ситуацию, поступить правильно.
Не наломать дров.
Мигающий и трезвонящий телефон по-прежнему сжимали тонкие пальцы, но нужна была какая-то точка, подводящий черту финал. Только все как обычно болталось в воздухе.
- Его надо было сдать в багаж,- грустно усмехнулся Герман,- он большой, тебя не пустят на борт.
- Там важные вещи,- фыркнула Кира, то и дело смотря на экран и на это имя.
Ненавистное или любимое?
- Платья это очень важные вещи,- добавил напускной серьезности парень, хотя в душе творился полный хаос.
- Это не просто платья, как ты можешь так говорить на моих малюток,- Кира наконец, улыбнулась в ответ брату,- мы заплатили бешеные деньги за бизнесс-класс, сомневаюсь, что нам хоть слово скажут.
- Не замечал за тобой этого раньше, - Герман не сдержал улыбку.
- Ты проводил со мной слишком мало времени, вне дома.
- Возможно, - он пожал плечами не зная что делать с чемоданами.
Не зная что делать с Кирой, с этим звонящим телефоном, который не давал выдохнуть.
Он понимал, что нельзя этого оставлять вот так.
Понимала ли это Кира?
И если нет, то как ей тогда объяснить, чтобы она не думала, что он давит.
Он действительно был готов к ответу, причём к любому.
И хотел получить его.
Сейчас. Немедленно.
До того, пока самолет взлетит и разрежет серебристым крылом то, что было "до", позволяя все начать сначала.
Все зависило от Киры, как всегда. И тот самый ключ, находился в её руках и безумолку напоминал о себе.
" Ты будешь отвечать, или нет? " - Герман не произнес это вслух, вопрос и без лишних слов застыл в воздухе.
В его взгляде. В напряженной спине. В растерянных глазах Киры.
В механическом голосе, отдающемся эхом по просторному зданию.
"Ответит или нет? Ответит или..."
Все рано или поздно заканчивается. Кира это знала. Знал это и Герман.
Только вот как, хорошо или плохо?
Плохой конец отнюдь не редкость, и это железный факт.
Но Кира больше не колебалась. Она знала, чего хочет. Мимолетные сомнения куда уж без них, то и дело врывались в ее голову, непрошенными гостями, только это никак уже не могло повлиять.
- Что ты делаешь?- Герман удивленно нахмурился,- Ты с ума сошла?
Кира улыбаясь, пожала плечами, чувствуя облегчение.
Будто все это время ее держали прикованной узкими наручниками, а теперь, развязали руки.
Рыбка была готова сбросить старую чешую и отправиться в свободное плаванье.
Жизнь то и дело показывала ей насколько все обесценено в этом мире.
Семейные отношения, любовь, дружба. Все это есть, пока обоим сторонам комфортно, пока не появляется внешний раздражитель, который как шпион внедряется в их тесный мирок и разрушает его.
Такие себе особенные разрушители мифов.
- Ты же купишь мне новый?- Кира со смущенным видом потрясла перед братом стаканчиком, в котором только что утопила свой мобильный.
В котором окончательно утопила все свои чувства к Денису. Он был нерадивым рыбаком, которому сказочно повезло с первого раза поймать в свой невод золотую рыбку. И что?
Все его желания были мимо, будто мяч в штангу. В итоге, он остался у разбитого корыта. Рыбка и так сжалилась над ним, исполняя еще одно желание, хотя лимит был давно исчерпан.
- Конечно. Какой захочешь,- согласно кивнул Гера и не соврал.
Все что угодно.
Звезду с неба, жемчуг с дна морского, что уж говорить о каком- то телефоне. Да раз плюнуть.
- И хорошо,- девушка приподнялась, выбрасывая стакан с наконец-то замолчавшим телефоном в урну,- пошли, а то на посадку опоздаем.
Она обняла Геру и тот, не удержавшись, потянулся к ее губам.
Сладким и нежным.
- Я обещаю, что сделаю все, для того, чтобы ты была счастлива, - прошептал он, не в силах поверить в то, что все происходит на самом деле.
Не веря в то, что победил, выиграл, получил заслуженную награду.
Все эти годы, он вел не правильную тактику боя. Выступал агрессором, похитителем, конвоем, а все, что было нужно - отпустить.
Отпустить.
До ужаса просто, и невероятно сложно. Нужно было заставить себя перестать бояться, и довериться ощущениям. Он ведь чувствовал, что встретил её не случайно, он был создан, для того, чтобы проникнуть в её мир, и сделать его лучше.
И счастье, которое он испытывал от этого, не могло сравниться ни с чем.
Герману хотелось надеть на ее палец кольцо, увидеть Киру в подвенечном платье, томиться в ожидании у родильный палаты. Собирать губами её слезы, сохранять в сердце случайные улыбки, нежность, которой пропиталась его кровь, заполнила былую пустошь и рвалась пролиться через край.
Осознание того, что Кира впервые в жизни выбрала его, без тайных манипуляций и прямого давления, давало силы верить в то, что у них обязательно все получится.
Улыбку сдерживать не удавалось. Герман прекрасно понимал, что выглядит как идиот, улыбаясь во все тридцать два, когда его маленькая девочка властным тоном требовала оставить в покое её багаж, и когда чертыхалась, жалуясь на слишком высокий трап, и когда еле умостилась в кресле, которое показалось ей недостаточно мягким.
Она смешно сердилась и фыркала, в поисках маски для сна, и не выдержав больше, Герман притянул её к себе и поцеловал.
Чувственно, глубоко, лаская языком изнутри, и путаясь пальцами в волосах. Кира ответила ему, и вся её напряженность куда-то испарилась, положив голову на плечо парня, она расслабленно выдохнула, не смотря на то, что самолёт набирал высоту, и все внизу оставалось не значительным и мелким.
А любовь к Денису?
Герман был уверен, что разберётся и с этим...