Глава 2-3
Нервы Геры, уже давно были на пределе , а этот незатейливый паренёк, который не сможет проникнуть сюда стоит ему щёлкнуть пальцами охране, был лишь отдушиной.
Вы знаете, как на самом деле, работает пищевая цепь? Её суть намного шире, чем может показаться изначально. Это не только способ выжить. Это незатейливая дележка на классы. Сытый домашний кот, с полной миской дорогого корма, не упустит возможности пуститься в бега за залетной мышью. Он не будет её есть. Он будет её истязать, до смерти. До тех пор, пока её сердце не остановится и она не свалится к пушистым лапам тёплой махеровой тряпочкой. Имела ли её смерть смысл? Имела.
Кот самоутвердился, поправил свое самолюбие и для приличия звякнул звеньям пресловутой цепи. Он хищник - она жертва. Он сильнее, а значит правда на его стороне. Власть не любит неудачников, поэтому, именно сейчас ему хотелось выплеснуть свой гнев, и превратить слабость в силу. Эта дрянная девчонка сделала из него психопата.
- Герман? - Раздался вопросительный возглас и он резко поднял глаза вверх. - Все в порядке?
Парень махнул рукой в воздухе появившейся на балконе женщине, натягивая улыбку.
- Не хочешь расстраивать мамочку? У вас тут все друг друга пасут?
- Пошел вон отсюда, - процедил он своему раздражителю и направился в сторону дома.
Этот дом уже давно стал обителью тоски и меланхолии, для Германа. Его пустынные темные коридоры, словно внутренности больших змей, поглощали, высасывая все эмоции.
- Кто это был?- Высокая женщина, в узких джинсах и белоснежной рубашке, встретила парня практически у порога.
Но Герман проигнорировал ее вопрос. Мальчик вырос, и вырос давно, а эта опека, была фальшивой и не к месту.
Его маму подменили, с тех самых пор, как она поселилась в этом замке. До звания Злой Королевы, конечно, она не дотягивала, а вот до Мисс Полное Равнодушие- вполне.
От этого никому не стало хуже. Кира была занята своей жизнью, а Гера...
А Гера чувствовал, как ему все начинает надоедать.
Он открыл холодильник, в поисках чего- то, что можно быстро слопать у себя наверху, подальше от вопросов, нравоучений, замечаний, и всего этого, только вместе взятого.
- Вы все привыкли играть в молчанки,- пожала плечами молодая женщина, прекрасно понимая, что сын отказывается идти на диалог.
Она оттолкнула Германа от холодильника, доставая оттуда приготовленную рано утром еду. Она терпеть не могла готовить, и с утра, к ним приходила повар, из кафе, которое находилось недалеко от дома. Хозяйке лишь только нужно было придумать меню, ну и засунуть приготовленное в микроволновку.
Вечером, процедура повторялась.
- Это новый друг Киры,- решил все- таки поведать подробности Герман, когда в поле его зрения, попал отец. Редкое явление. Редкое, но точное.
- Обожаю рыбу,- пропел мужчина, целую жену в шею.
- На тебя греть?
- Поужинаю уже в самолете.
- Машина Киры сломалась,- пытаясь не обращать внимания на идиллию родителей, задумчиво произнес Герман,- а этот парень помог доехать до дома без происшествий.
- Как сломалась?- Уловив суть, нахмурился отец.
То, что надо. Гера еле скрыл свое волнующее ликование.
- Они с девчонками отдыхали,- неохотно продолжил парень,- я не знаю подробностей.
Но подробностей и не нужно было. Как только речь касалась Киры, папа включал тотальный контроль.
" Сломанная машина , алкоголь" - детонатор был в руках у Германа, и он уже был готов нажать красную кнопку.
- Кира!
-Позже поем, - буркнул он, бросая взгляд на крутящуюся с едой тарелку.
Он сказал достаточно, в самый раз. Перегибать палку, было лишним, а эта парочка в любом случае примется атаковать Киру вопросами, ответы на которые ожидать будут от него. Герман не хотел в этом участвовать.
Поднявшись в свою комнату, он разблокировал компьютер и надев на голову наушники включил музыку. Барабанные перепонки завибрировали от чьих-то душераздирающих криков. Он не знал исполнителя, да и никогда не интересовался названиями.
Фанатеть от одной определённой группы или конкретного человека, Герман считал скучным занятием. Это обрекает человека, и втискивает его в определённые рамки. Ограничивает мышление. Являясь фанатом, ты неосознанно программируешь себя на то, что любой продукт твоего любимчика прекрасен, и с огромным трудом и крайне редко, можешь признать изъяны и огрехи. Слушая музыку, которая в его сознании не относится ни к кому, он считал, что впитывает в себя её основную функцию, - получает удовольствие. Ведь даже у самого отвратительного на первый взгляд исполнителя, иногда можно отыскать что-то достойное. Единственный критерий, который заботил парня, заключался в том, что музыка должна быть как можно тяжелее. Он даже создал "конфу", которую его друзья периодически обновляли.