Вряд ли он чувствовал жалость или сострадание. Сейчас им двигало совсем другое.
Горячее, стройное тело прижималось к нему, всхлипывая, а Герман тесно ощущал ее мягкую грудь. Конечно, она была на пару размеров меньше , чем у Киры, но все же лучше, чем ничего.
Герман не мог даже и представить, в последнее время, что его кто-то касается. Не хотелось совсем. Уж лучше самому, в душе. От этого, он еще больше чувствовал себя не нормальным. Теперь пришло время все исправить. Главное, что бы Ника ничего не испортила.
Был ли Герман в себе уверен?
На семьдесят процентов.
Он прекрасно знал, что его интимная жизнь, часто была главной темой в компании Киры. Они все перетрахались друг с другом, но никто из знакомых девушек не спал с ним. И это было для всех удивительным.
Его рука поползла ниже, забираясь под маечку. Медленно и осторожно. Так давно не было, что казалось и то что было , выдумки. Герман знал, что искушенная Ника перепробовала уже все на свете, но ставил ли он перед собой цель, удовлетворить ее?
- Что ты делаешь? - Всхлипнула она, но руку убрать не решилась.
- Помогаю нам, ты разве не хочешь, чтобы тебе кто-то помог?
- Герман, я...
- Чтобы кто-то прижал к себе, кто-то, кто чувствует тоже самое, что и ты...
Пальцы усилили нажим, захватывая аккуратную грудь в тесный капкан.
Ника всхлипнула, но уже не от слез.
Сколько раз, ей снились сны, когда Герман наконец-то обращал на нее свое внимание, иногда они были настолько реальны, что не хотелось просыпаться. Но уместно ли это было сейчас? Тогда, когда она встречалась с другим, с тем, который ей изменил, если только Герман не врёт...
- Ты, наверное, очень сладкая, дай попробую, - Герман разжал свои пальцы, перемещая их к лицу девушки, ладонь обхватила щеку, задевая волосы и притянула лицо ближе.
Пухлые губки призывно раскрылись, и его язык настойчиво нырнул внутрь.
Представлял ли он на ее месте Киру?
Нет.
Для такого, не хватило бы даже его фантазии. Он знал её детально, мог отыскать только по одному запаху среди тысяч женщин, а те чувства, которые в нем просыпались, когда она его обнимала, невозможно было представить или нафантазировать.
Спустя пару мгновений, Ника уже неистово отвечала на поцелуй. Все-таки нет в этом ничего сложного, пара нужных слов, пара нужных движений, игра на нужных струнах души, и рыбка уже готова заглотить наживу, Герман даже не старался особо.
- Сделай и ему приятно, - парень подсадил Нику, подталкивая её руку к своей ширинке, и прошипел, когда пальчики крепко сжали именно там, где и было нужно и медленно начали двигаться.
Было хорошо, приятно, давно забытые ощущения, стали всплывать в голове. Голубые глаза смотрели на него ошалело, когда он стянул с неё маечку, и стащил шортики. Все, что он снял с себя, это расстегнул ремень и позволил обнажить ширинку.
- Может пойдем в спальню?
Ника вскрикнула, когда Герман уложил её на спину, и придвинул ближе, максимально раздвигая ноги.
Нет. В спальню он не хотел, потому, что в его голове давно отложилось понятие, что спальня и кровать предназначены исключительно для занятий любовью. Это личное, сокровенное, и не доступное для каждого место. Обычно, Герман трахал своих спутниц где придется, и к Нике он пришёл именно за этим. Как бы цинично это не звучало.
- Здесь нам будет не хуже, зайка.
Пару движений пальцами, что бы убедиться, что она уже мокрая и готова принять его. Герман все -таки решил, что будет действовать во благо не только для себя. Нужно было, что бы крошка кончала столько, сколько это возможно. Он и не сомневался, что она кому- то да расскажет об этом. А потом, слухи дойдут и до Киры. Нужно что бы они были приукрашены в лучшую сторону.
- Ого,- выдохнула Ника, когда Гера вошел в нее.
Да, восхищайся. Не стесняйся.
Он начал двигаться внутри, то полностью заполняя собой, то выходя. Медленно, но размеренно. Герман чувствовал, как сильно она взмокла и не сдержал короткую улыбку.
- Тебе хорошо, Ника? - Приказным тоном спросил он, накручивая себе на кулак ее волосы. Боль вперемешку с оргазмом- непередаваемые ощущения.
Ответа не последовало, точнее она его не произнесла, только её тело говорило само за себя. Жадная, голодная девочка. Только с виду ангелок, читающий книжечки, внутри совершенно другой персонаж, отличная альтернатива, если иногда заходить к ней на чаек и выпускать пар.
Кто бы мог подумать, что такая, с виду тихоня, может так громко и возбуждающе кричать.
Герман усилил напор и прибавил темп. Его заводило происходящее, подкупала её самоотдача. Она была настолько ненасытна, что хотелось самоутвердиться и отыметь её до бессознательного состояния.