— Это моя жена, донья Хасинта, — продолжал представлять дон Луис. — Это донья Фелисиана, кузина дона Андреса.
Донья Хасинта кивнула и улыбнулась, отчего темные глаза радостно заискрились. Ее милое личико казалось крошечным по сравнению с огромным гребнем, поддерживающим тугой узел густых волос на макушке. Она являла собой прямую противоположность двум другим дамам, поскольку надела яркое платье, шею ее украшало дорогое жемчужное ожерелье, а в ушах матово поблескивали такие же серьги.
— Рада познакомиться с вами, сеньоры, — ответила Mapa, непринужденно улыбаясь.
— А это кузен доньи Амайи, сеньор Брендан О'Салливан, и его сын Падрик, — снова раздался голос дона Луиса.
— Донья Исидора. — Со всей почтительностью, на какую только был способен, Брендан склонился к ее руке для поцелуя. Затем с той же серьезной галантностью повторил ритуал дважды. — Для меня большая честь и ни с чем не сравнимое удовольствие быть представленным прекрасным дамам, которых мне выпало счастье лицезреть, — бойко затараторил Брендан, недвусмысленный взгляд которого заставил донью Фелисиану покраснеть и вызвал самодовольную улыбку на лице доньи Хасинты.
Донья Исидора недоуменно приподняла бровь и ответила на витиеватый комплимент едва заметным царственным наклоном седовласой головы.
— Я полагаю, донья Амайя унаследовала скорее ваши фамильные черты, сеньор О'Салливан, нежели наши. Вы поразительно похожи друг на друга, насколько я могу судить, — задумчиво вымолвила она, всматриваясь в лицо Брендана.
— Пожалуй, вы правы, — аккуратно вставил дон Луис. — Хотя мне кажется, что подбородок у нее мамин. Моя сестра могла бы гордиться красотой своей дочери, — добавил он и, заметив молодого человека, стоявшего в стороне и беседовавшего с приятелем, подозвал его. — Рауль, иди сюда и познакомься со своей кузиной Амайей!
Юноша недовольно поморщился. Очевидно было, что обращения к себе в приказном тоне он не выносил. Беспечно пожав плечами, Рауль неторопливо подошел к дону Луису.
— Мой драгоценный падре, — саркастически усмехнулся он, провозглашая тост в честь отца, после чего залпом осушил полный бокал вина.
— Рауль! — строго посмотрел на сына дон Луис, с раздражением отмечая пьяный блеск в глазах и нетвердую походку.
Рауль же устремил свой взор на Мару, и его чувственные губы тронула похотливая улыбка, а карие глаза стали бездонными, как черная пропасть, лаская ее обнаженные плечи и пышную грудь.
— Как жаль, что мы росли так далеко друг от друга, моя маленькая кузина! — с сожалением вздохнул он и вдруг неожиданно подошел к Маре вплотную, обнял ее за талию и, притянув к себе, поцеловал в губы.
— Рауль! — вскричал дон Луис и побагровел.
— Я всего лишь выразил радость по поводу возвращения кузины в Калифорнию, — беспечно пожал тот плечами и выпустил Мару из рук.
— Ты позоришь меня и мать. — Дон Луис сжал ладони в кулаки и стал медленно наступать на сына.
— Дядя Луис, прошу вас, не надо, — ласково коснулась его руки Mapa. — Не стоит судить слишком строго этого маленького мальчика. Он не принес вреда своей шалостью никому, кроме самого себя. Не очень-то приятно ему теперь выглядеть по-дурацки, — рассмеялась девушка, наблюдая, как по красивому лицу Рауля растекается румянец.
— Какой смешной человек, — вдруг подал голос Пэдди. Он подошел к Маре, взял ее за руку и строго посмотрел на Рауля. — Не целуйте ее больше. Она только мне разрешает себя целовать. И любит только меня.
— До чего милый малыш! — воскликнула донья Хасинта, с облегчением заметив, что Рауль ретировался, чтобы не вызывать больше отцовского гнева.
— Мой сын Пэдди очень привязан к Амайе. Она ему как мать, — печально произнес Брендан, и по его лицу тенью пронеслись трагические воспоминания, а голос слегка задрожал. — Я вдовец. Пэдди рано остался сиротой. Моя жена была сущим ангелом, она умерла много лет назад. А мы с сыном теперь полностью зависим от нашей обожаемой Амайи, мы бы пропали без нее. Именно поэтому я решил сопровождать кузину в этом многотрудном путешествии. Амайя стала для нас незаменимой поддержкой и опорой, к тому же она души не чает в Пэдди.
— Ваше поведение достойно похвалы, донья Амайя, — отметила донья Исидора, и лепные черты ее лица озарила улыбка. — Приятно слышать, что вы так преданно блюдете интересы своей семьи. Молодые слишком часто забывают, как заботились о них родители, и им приходится учиться всему заново, когда у них появляются собственные дети. Они вообще частенько забывают, чему их учат. — С этими словами донья Исидора обратила свой взор на Рауля, и в голосе ее промелькнули стальные нотки.