Николя молча смотрел ей вслед, пока девушка прогуливалась по поляне, он вбирал в себя ее всю без остатка — от края запыленного подола юбки до посаженной на макушку соломенной шляпки.
Mapa резко обернулась и успела заметить неподдельную заинтересованность в его задумчивых глазах. Она усмотрела в этом вызов и решила его принять. Предвкушая жестокую битву, Mapa присела на отломившуюся от дуба толстую ветку, представлявшую собой подобие садовой скамейки, и стала неторопливо и обстоятельно расправлять складки юбки. Затем она попыталась устроиться поудобнее, облокотившись на густое переплетение сучьев, еще не высохших и покрытых изумрудной листвой, но тут же выпрямилась, поскольку они были достаточно колючими.
— Какое чудесное дерево, не так ли? — заметил Николя, подойдя к ней и прислонившись спиной к стволу.
Mapa подняла глаза вверх и увидела над головой величественный купол зеленой кроны. Однако мысли ее были заняты совсем другим, поэтому в ответ она просто кивнула, давая тем самым спутнику понять, что настроена отнюдь не романтически.
— На мой взгляд, вы не из тех людей, кто любит общаться с природой, мисс Воган. Я скорее представляю вас в светской гостиной, а не на пикнике.
— Я в ваших глазах вообще представляюсь какой-то загадочной личностью, месье Шанталь. Вас это не удручает? — поинтересовалась Mapa с задумчивой улыбкой.
— Вовсе нет, мадемуазель. Я люблю разгадывать загадки.
— И вам, разумеется, всегда удается найти правильный ответ. Вы склонны к откровениям, месье. Но боюсь, мне придется вас разочаровать. У меня нет никаких секретов, — сказала Mapa, прямо и открыто глядя в глаза Николя.
— Скажите, вы когда-нибудь были знакомы с человеком по имени Джулиан? — спросил он резко, пользуясь незащищенностью ее взгляда и напряженно следя за реакцией.
— Джулиан? — задумчиво переспросила — Mapa. — Пожалуй, нет, — ответила она искренне, поскольку это имя действительно ей ни о чем не говорило. — Я провела тихую и замкнутую жизнь в глухой провинции, у меня было мало знакомых. Этот человек ваш друг?
— В общем-то, это не важно, — солгал Николя, стараясь скрыть свое разочарование. К его огромному изумлению, при упоминании о Джулиане на лице Мары не отразилось ни тени испуга, ни сознания вины за то, что судьба юноши сложилась так трагически. — Скажите, вы собираетесь стать невестой Виллареаля?
— Это не касается никого, кроме меня и дона Андреса. Могу лишь сказать, что пока мы не пришли ни к какому решению, — сухо отозвалась Mapa.
— Простите. Я думал, вы специально приехали в Калифорнию, чтобы выйти замуж за красивого и богатого землевладельца. Но коль скоро я ошибся, дон Андрес не сочтет ваш возможный отказ для себя оскорбительным.
— Возможно. Но мне бы не хотелось больше обсуждать эту тему, — не терпящим возражений тоном заявила Mapa.
— Как прикажете, мадемуазель, — учтиво поклонился Николя. — О чем же вы хотите побеседовать?
— А почему бы нам не поговорить о вас, месье? — вкрадчиво осведомилась Mapa. — Наверное, отправляясь за золотом в Калифорнию, вы оставили в Новом Орлеане безутешную жену с детьми или пылкую возлюбленную?
— Когда вы желаете поближе узнать какого-нибудь человека, вы всегда задаете ему такие прямолинейные вопросы, мисс Воган? — усмехнулся Николя.
— А почему бы и нет? Прямолинейные вопросы предполагают такие же ответы. А уловки и отговорки хороши только для того, кому есть что скрывать.
— Согласен. Однако немногие люди могут устоять от соблазна ввести в заблуждение окружающих.
— Вы, по всей видимости, к таковым не принадлежите. Иначе почему вот уже несколько минут с таким упорством отказываетесь ответить на мой вопрос?
Взгляд Николя потеплел, отчего от кристаллической чистоты и бездонной глубины его глаз перестало веять холодом.