— Иди поторопи Джэми и Пэдди. Я вас догоню, — ответила Mapa, присаживаясь на край постели и зашнуровывая ботинок.
— Не задерживайся, — хмуро отозвался Брендан, — Надо улизнуть отсюда, пока все не узнали о том, что мы самозванцы. А за него не беспокойся, — кивнул он на Николя. — Полежит немного и очухается.
Брендан ушел, Mapa вскорости закончила свой туалет и, подхватив дорожный саквояж, оглядела комнату в последний раз, чтобы убедиться, что она ничего не забыла.
— Николя, — прошептала девушка с болью, вырвавшейся наружу, как только свидетелей не стало. — Если бы ты только знал, как жестоко отомстил мне, как ранил мое сердце. Я люблю тебя. Но ты никогда об этом не узнаешь.
Mapa тяжело вздохнула и вышла из комнаты, осторожно притворив за собой дверь. Ни Брендана, ни Джэми с малышом нигде не было видно, и она решила, что они обогнали ее и ждут на заднем дворе. Mapa вступила в прохладу конюшни и с удовольствием вдохнула аромат свежего сена и кожи. Девушка направилась в ее дальний конец и невольно замедлила шаг, заметив, что подле обескураженного Брендана, смущенной Джэми и сияющего от любопытства Пэдди стоят дон Андрес и несколько его работников.
— Дон Андрес, — сказала Mapa, подходя ближе и внешне не выказывая никакой неловкости от того, что их застигли при попытке к бегству.
— Вы уезжаете, Ама… — Дон Андрес выдавил из себя извиняющуюся улыбку и потупился. — Простите, ведь ваше настоящее имя Mapa, не так ли?
— Да, Mapa О'Флинн, — подтвердила она, горделиво выпрямившись и пытаясь вновь ощутить достоинство того имени, которое Николя подверг чудовищному надругательству.
— Вам и вашей семье следует покинуть ранчо прежде, чем мои родные и друзья обнаружат подлог, — с надменной холодностью, поразившей Мару, произнес дон Андрес. — Я не могу и не хочу обвинять вас. Эту интригу задумал дон Луис, он и пострадал от нее больше всех, хотя намеревался остаться в выигрыше. Этот обман не выгоден никому, кроме него. Разумеется, если вы не рассчитывали принять мое предложение. Но, насколько я понимаю, это в ваши планы не входило? Сожалею, что вам не удастся получить гонорар за прекрасно исполненный спектакль, поскольку дон Луис сражен смертью сына и не может думать сейчас ни о чем, кроме мести. Я случайно заглянул в конюшню и обнаружил, что вы хотите бежать. Согласен — это лучшее в создавшейся ситуации. Занавес опущен, и публика расходится по домам. Дон Луис заплатил за свою неудавшуюся авантюру по высшим расценкам. На мне лежит доля ответственности за то, что трагедия произошла в моем доме. Мало того, что Джереми Дэвис нанес мне бесчестье, я стыжусь своих чувств к вам: Боже, каким я был глупцом!
— Не вините себя. Вы не могли заподозрить обман. Дон Луис слишком хорошо все продумал. А то, что вы испытывали ко мне… это было простым увлечением, наваждением. Я ведь актриса, и дурачить людей — моя профессия. Вы нашли меня привлекательной, но поверьте, прошло бы совсем немного времени, и ослеплению пришел бы конец. Тогда вы со всей очевидностью увидели бы, что любите не меня, а Фелисиану. Я заметила, как вы смотрели на нее в тот день, когда с девушкой случилось несчастье. В вашем сердце живет нежность и любовь к ней, только вы не хотите себе в этом признаться. Не обманывайтесь, Андрес. Забудьте о зле, которое я принесла в ваш дом. Я упустила свой шанс стать счастливой. Не повторите моей ошибки.
Дон Андрес пристально посмотрел Маре в глаза и увидел в их глубине искренность и обезоруживающую мягкость, каких не было раньше. В эту минуту она показалась ему невероятно красивой. Маре было невдомек, какая ожесточенная битва происходила в его душе: униженное достоинство, ярость и горе не смогли одержать верх над ее очарованием.
— Если я и не давал своего согласия на то, чтобы вы покинули ранчо, то готов это сделать сейчас. Тем более что мы у вас в долгу, как совершенно справедливо напомнил мне ваш брат. Так что уезжайте. Лошади в вашем распоряжении, несколько моих работников проводят вас туда, куда вы намерены отправиться. Я позабочусь, чтобы ваш багаж выслали следом, — добавил он.
Mapa услышала, как Брендан с невероятным облегчением вздохнул, кивнула на прощание дону Андресу и направилась к своей лошади. Джэми предоставили низкорослого крепкого пони, а Пэдди уселся в седло вместе с отцом. Дон Андрес помог Маре взобраться в седло и несколько мгновений смотрел на нее снизу вверх, стоя у стремени. Затем учтиво поклонился и хлопнул лошадь по крупу, отступая в сторону. Выезжая из ворот, Mapa оглянулась на одинокую фигуру хозяина ранчо. Дон Андрес взмахнул рукой, и сквозь топот копыт Маре показалось, что вслед им донесся его голос: