– Даже так?
К Видману подошел радист, протянул листок бумаги.
– Передали по УКВ с U-61.
Видман пробежал глазами по листку, передал его майору.
– Вы что-нибудь понимаете?
– На лодке обнаружена психоэнергетическая аномалия, проверьте ваш корабль. Вассерман, – прочитал вслух Нойберг.
– Кто это – Вассерман? И что такое «психоэнергетическая аномалия»?
– Я знаю не больше вашего. Вассерман – один из ученых. Что ж, пойду, позову пассажиров.
Толстяк явился, что-то дожевывая, молодой человек, наоборот, был почти зеленого света. Обстановка подводной лодки его явно угнетала. В руках он держал плоскую коробку с кольцевой антенной.
– Господин капитан, на борту не было необъяснимых явлений? – обратился к Видману толстяк.
– Пока нет. Хотя, постойте. Сутки назад один из экипажа U-61 бросился в море. На другой лодке сошел с ума рулевой. Симптомы были схожие – им внезапно потребовалась тишина и покой, который они полагали найти на дне моря.
– Угу, – пробормотал толстяк, – очень хорошо! Герхард, приступим, – кивнул он молодому коллеге.
За полчаса, под недоуменными взглядами команды, они обшарили лодку с носа до кормы. Бородатый парень шел впереди, держа свой прибор на вытянутых руках, а толстяк руководил им, указывая, какие места стоит проверить более тщательно.
– Все в порядке, господин капитан, – сказал толстяк, закончив обход, – с вашим кораблем все в порядке.
– Благодарю вас, – иронически склонил голову Видман, – стало быть, мы можем продолжать движение?
– Конечно, – толстяк будто и не заметил издевки, – прошу вас.
Видман проводил его глазами и вернулся к картам.
– Когда будем на месте? – спросил Нойберг.
– Ночи здесь короткие, а скоро их и вовсе не будет, – задумчиво ответил Видман, – значит, большую часть придется идти в подводном положении. Полагаю, около пяти суток, майор. Вас это устраивает?
– А что от меня зависит, – пожал плечами Нойберг, – пять, так пять.
Дальний бомбардировщик-разведчик Fw-200 CONDOR стартовал с аэродрома Хебугтен на севере Норвегии в четыре часа утра. Через два часа, поднявшись к северу, он повернул на Восток, нарушив границу Советского Союза в районе семьдесят четвертой параллели. Еще через три часа полета на высоте четыре тысячи метров, он пересек архипелаг Новая Земля с запада на восток в районе Крестовой Губы. Развернувшись над заливом Медвежий, самолет снизился до пятисот метров и, пройдя вдоль восточного побережья архипелага до залива Литке, лег на обратный курс. В пятидесяти километрах от поселка Малые Кармакулы с самолета был выброшен десант в составе пяти человек.
Fw-200 был засечен постами воздушного наблюдения полуострова Рыбачий, но поскольку нарушения воздушных границ СССР немецкими самолетами стали в последнее время повсеместными, перехват разведчика осуществлен не был и цель его полета осталась неизвестной.
Парашютисты приземлились компактной группой. Определившись на местности, десант разделился: трое направились к поселку Малые Кармакулы, двое – в сторону спецлагеря. Обе группы имели радиопередатчики. В задачу первой группы входило обнаружение радиостанции на территории поселка и корректировка артиллерийского огня с подводной лодки. Вторая группа имела цель, заняв господствующую над территорией лагеря высоту, координировать действия высадившегося с подводных лодок десанта.
Новая Земля, спецлагерь «Бестиарий»
Барченко оглядел собравшихся поверх очков, ожидая, пока они рассядутся по местам. Собрались все, даже Бельский, последнее время игнорирующий общество и стремившийся к уединению, сидел, выпрямившись, и курил трубку короткими быстрыми затяжками. Лада и Назаров стояли возле двери, чуть касаясь плечами, и Барченко сразу понял, что они не видят его и, скорее всего, не услышат, что он будет говорить, поскольку всецело заняты друг другом и наслаждаются возникшей между ними близостью, если не телесной, то духовной, уж точно. Кривокрасов сидел рядом с Марией, что-то в полголоса ей рассказывая, а она внимала ему с легкой усмешкой уверенной в себе женщины. Встретив взгляд профессора, она вопросительно изогнула бровь: мол, сейчас-то вы чем недовольны? Шамшулов стоял в одиночестве возле окна, всем видом показывая, что хоть вы и считаете, что мое присутствие необязательно, у меня на этот счет собственное мнение.
– Товарищи, – призывая всех к вниманию, Барченко негромко хлопнул в ладоши, – у меня для вас весьма невеселые новости…
– К нам едет ревизор, – пробормотал Кривокрасов довольно громко, вызвав улыбку на лице Санджиевой.