Ночевали Тесс и Джек в маленьком мотеле неподалеку. Добрались до него в полной темноте по редким указателям. Всю ночь за хлипкими стенами бушевало море. Иногда сквозь сон Тесс слышала, как очередная яростная волна вдребезги разбивается о пристань, сотрясая округу, и по её телу пробегала первобытная дрожь. И тогда она ещё сильнее прижималась к тёплому телу спящего Джека.
На следующий день праздник продолжился, но Тесс и Джек распрощались с молодыми и поехали домой. По пути они заехали в деревушку на небольшой стихийный базар. Там, прямо на пристани, на грубо сколоченные столы, просоленные океаном, моряки вытаскивали и с шумом кидали ящики с утренним уловом.
Оказывается, сюда со всего побережья приезжали лучшие рестораторы и повара, чтобы закупиться свежей рыбой. Тесс и Джек тоже не могли удержаться. Они купили большого серебристого лосося, целый ящик креветок, пересыпанных кристалликами льда, и, возвращались домой, чувствуя себя охотниками, с добычей.
Машина сразу же пропахла дарами моря. Говорят, что рыба пахнет плохо, но это неправда. У свежей морской рыбы непередаваемый запах зелёных листьев, смешанный с ароматом грибов и океанического воздуха. Тесс и Джек ехали обратно и вдыхали этот запах. Словно везли кусочек моря с собой. Тесс улыбалась, положив руку на плечо Джека, и весь обратный путь они вспоминали подробности вчерашнего дня.
…Май ворвался в мир буйством красок. В «Двух дубах» торжествовала поздняя весна. Тюльпаны, гиацинты и густые заросли барвинка захватили землю.
Вся долина белела цветущими деревьями. У Тесс на заднем дворе росла старая яблоня. Цвела она редко. Но в этом году дерево покрылось цветами так плотно, что совсем не было видно робких листочков. Оно напоминало огромное бело-розовое облако. И пахло это облако сладко-сладко, привлекая пчёл. Погода установилась почти летняя, и Тесс даже ночью уже не зарывала окон.
В долину вернулись соловьи. Они только распевались, но от их гомона, волновавшего сердца, порой было не уснуть. Один из соловьёв поселился на заднем дворе Тесс. В потёмках Джек и Тесс, обнявшись, слушали его песню. Кенары в клетке, слушая, как он заливается, пытались ему подпевать.
Джек тихо спросил Тесс:
- Что ты решила насчёт дня и места свадьбы?
- Я подумала, что было бы здорово пожениться в День летнего солнцестояния. Где-нибудь на острове… Только ты и я…
- Так и сделаем. Мне нравится эта идея. У нас был сложный год, и я хочу увезти тебя куда-нибудь в июне. Где бы ты хотела побывать?
Она задумалась над этим вопросом. Иногда, когда она лежала ночью, закрыв глаза, её душа летала где-то далеко. Но всегда оказывалась над холодными песчаными пляжами. Над скалами, обрывающимися в море. Над живописными деревушками и сочными травами бесконечных вересковых пустошей. Над замками и старинными кладбищами. Она никогда не бывала в том краю. Но хорошо знала имя этого места…
- Знаешь, меня всегда влёк к себе север. Мне бы хотелось увидеть Ирландию, - Тесс замолчала, ожидая реакции Джека.
- Решено. Завтра я заказываю туда билеты.
…И снова наступил трудовой понедельник. Новые уроки, новые знания, новые практики.
Анна вернулась с выходных какая-то нервная и дёрганая. Когда приступили к занятиям, она всё ещё сидела с потухшими глазами. Тесс не выдержала:
- Анна, что случилось?
- Стив? Ты с ним поругалась? – предположила София.
- Нет, - ответила Анна. – Дело не в Стиве. Трудно объяснить. Вы посчитаете меня плохой.
- Анна, - успокоила её Тесс, – я много раз говорила, что на любое наше слово и поступок у окружающих найдутся как минимум три реакции: поддержка, осуждение и безразличие. И не решай за нас, что мы подумаем про тебя. Что случилось?
- Это трудно объяснить... Но сейчас, когда все знают, чему я учусь, мои выходные превращаются в сплошное испытание. Если я иду в гости, меня просят погадать. Раздаются постоянные звонки с просьбами помочь. Конечно, я стала популярной. Меня вспомнили одноклассники, которые со мной в школе ни разу не поздоровались. А ещё знакомые… И знакомые знакомых… Вот такая проблема… Конечно, каждый отнимает не так много времени, но в итоге к вечеру я выжата как лимон… - Анна опустила глаза и вздохнула.