Блэк с МакКартни украдкой переглянулись, понимая, что расплата Розали будет жестокой, и немного переживая за Эдварда, чтобы он не перешел черту в своем наказании. Какой бы дрянью не оказалась Хейл, она не стоит того, чтобы портить из-за нее жизнь. Да и навредила она не сильно. Потрепала немного нервы Тане, Эдварду, Брендон. Самым же неприятным было то, что она подличала против своих, против тех, кто ей доверял и считал ее своим другом.
- Мы не скажем ничего, - пообещал МакКартни за двоих, - но и ты дай слово, что наказывать будем вместе. Что ты не сделаешь ничего без нашего ведома.
- Даю слово.
Джейк наблюдал за обоими друзьями, гадая, какое наказание придумает Эдвард для Розали. И за кого больше переживает Эмметт: за Каллена, чтобы не перегнул, или за Хейл, чтобы не огребла более жестко, чем заслужила?
После разговора в клубе ГБ-шники вернулись на уроки с видом, словно ничего необычного не произошло. Когда после уроков Элис подошла к Эдварду и Тане и предложила свой мобильный для снятия отпечатков, Каллен отрицательно качнул головой:
- Не сегодня. Мы связались с человеком, который это делает, его нет в городе, вернется к концу недели, тогда и возьмем твой мобильный.
- Ладно, - кивнула Элис и, чуть помешкав, добавила: - не хочу никого обвинять без доказательств, но рядом со мной в раздевалке переодевались Джоанна и Розали.
- Мы это учтем, - произнес Эдвард.
С тяжелым грузом на сердце Брендон отправилась на работу. Ей очень хотелось, чтобы ситуация со злополучным сообщением быстрее прояснилась, виновник нашелся, и чтоб Элис никто не подозревал в таком ничтожном поступке.
Чак привез Каллена и Денали после уроков домой. Когда школьники вышли из машины, Эдвард обратился к Тане:
- Иди в дом, мне надо с Чаком переговорить.
Таня не стала возражать, ушла, решив, что Эдвард будет обговаривать с телохранителем возможности разоблачения того, кто прислал ей смс.
- Что там с Клофманом? Узнал что-то? – спросил Каллен, оставшись с Чаком наедине.
- Узнал, - кивнул водитель. – Хорошо, что ты отправил Таню, не хотел при ней говорить.
Чак сообщил, в каком следственном изоляторе содержится Эндрю. Сказал, что с ним в камере находятся еще двое подследственных. Один за убийство по неосторожности, второй за торговлю наркотиками. У первого есть жена и двое детей-подростков, в общем, семья неблагополучная. У второго лишь пожилая мать.
- Отлично, - кивнул Эдвард, довольный работой своего помощника. – Я хочу, чтобы ему там, в камере, опять сломали нос и челюсть, пускай и зубы выбьют, как его черти выбили Уитлоку. Нужно как-то договориться с его сокамерниками, за это их родным здесь на свободе достанется хорошее финансовое вознаграждение.
- Желаемый результат не гарантирую, но постараюсь для этого сделать все возможное, - пообещал Чак.
Вечером Чак находился в квартире мистера Каллена и докладывал о распоряжении Эдварда насчет Клофмана.
«Ох, уж этот мститель», - мысленно насмехался Карлайл над попытками сына не оставлять ни одного своего обидчика без наказания.
- В общем, какое-то время рассказывай Эдварду, что работаешь над его поручением, затем скажешь, что ничего не вышло. Придумаешь сам причину, почему не вышло. В любом случае, мы этого Клофмана не трогаем. Уверен, Уитлоки и сами с ним разберутся, как следует, - озвучил Каллен свое решение.
После того, как Чак ушел, на квартиру Каллена приехала его личный секретарь и правая рука – Селена. Молодая женщина, которая была не только ходячей записной книжкой олигарха, но и человеком, помогавшим боссу расслабиться физически, в периоды, когда его супруга находилась в долгих командировках за границей. Она привезла с собой документы для предстоящего тендера, которые нужно было тщательно перепроверить пред тем, как отправлять на конкурс. А также документы конкурентов, добытые незаконными путями.
До глубокой ночи Карлайл с Селеной работали с документами, затем приняли душ и отправились спать в одну кровать. Чтобы уснуть крепким сном и быть наутро полным сил, Карлайлу необходимо было измотать себя умственно и физически. Умственной нагрузки оказалось достаточно, осталось нагрузить себя физически.
Запланированная двухнедельная командировка Эсми закончилась на пару дней раньше. Среди ночи женщина вернулась в НьюЙорк. Позвонила на домашний номер, чтобы узнать, кто из водителей сможет за ней приехать, заодно поинтересовалась у дворецкого, дома ли Карлайл. Узнала, что муж остался ночевать на квартире, отменила водителя, и поехала на такси к супругу, по которому очень соскучилась.
Открыв своими ключами замок на парадном, Эсми вошла в дом и увидела сидящего на первом этаже охранника, который ненароком задремал во время своего ночного дежурства. Женщина прошла мимо спящего мужчины, снисходительно улыбнувшись. Воспользовавшись лифтом, поднялась на последний этаж, на котором располагался пентхаус Каллена. Стараясь не шуметь, чтобы не разбудить мужа, открыла дверь квартиры, вошла, и осторожно включила свет в коридоре. С легкой улыбкой на лице Эсми думала о том, как примет сейчас душ, залезет под одеяло к мужу, а утром, когда он проснется, будет ему сюрприз в виде жены под боком. Миссис Каллен вошла в гостиную, положила вещи на диван, и собралась уже разуться, как услышала со второго этаже какой-то странный звук. Замерла, прислушалась. Сердце в груди, показалось, что замерло – со второго этажа доносились еле слышные стоны. Словно на ватных ногах, Эсми, не спеша и не издавая лишних звуков, начала подниматься наверх. На втором этаже стоны звучали более отчетливо. Один из них принадлежал Карлайлу, второй был женским. Не чувствуя ударов собственного сердца, Эсми подошла к спальне и не спеша открыла дверь. Перед глазами предстала картина, от которой комната на мгновение закружилась перед глазами – на их общей кровати ее муж занимался сексом со своей секретаршей.
- А! – ахнула сквозь стоны Селена, увидев в дверном проеме жену шефа. Среагировав на ее реакцию, Карлайл повернул голову на дверь и испытал чувство серьезного облома.
Привыкший стойко воспринимать любые удары и подножки судьбы, Каллен даже не подумал вскакивать, изображать глубокое покаяние и бросать жене в ноги с мольбой о прощении. Знал, что в данный момент все это не поможет, поэтому, отвернув голову обратно, продолжил свое дело, но более ускорено и агрессивно, желая как можно быстрее получить разрядку и мысленно проклиная того «идиота-охранника», который не предупредил его о приезде Эсми. Сквозь тяжелые вздохи свои и подчиненной он слышал, как Эсми уходит, вначале из комнаты, затем и из квартиры. Понимал, что завтра ему предстоит заняться не только тендером, но и собственной супругой. То, что застукав его с другой, Эсми не набросилась на него с кулаками, не побила посуду и не устроила скандал – это было вполне в ее стиле. Сдержанная, гордая, трезвомыслящая, не поддающаяся эмоциям, мудрая – практически идеальная. За это Карлайл ее уважал и любил. Верил, что она прекрасно понимает, что временная любовница – это как правая рука, а секс с ней – как занятие онанизмом: физическое удовлетворение, ничего больше. Надеялся, что жена остынет, и не будет раздувать из мухи слона. Конечно, Селену теперь придется уволить. Жаль. Но иного выхода нет. Между Эсми и кем-либо другим он всегда выберет жену. Она главная и единственная в его жизни женщина. Важнее ее для Карлайла был только Эдвард.
Долгое время Эсми так и не смогла уснуть в своем гостиничном номере. Проплакала до самого утра. Затем заказала себе в номер завтрак и бутылку вина. Отключила все свои телефоны, под малокалорийный завтрак выпила полбутылки вина и лишь после этого крепко уснула.
Утром Джейк с водителем приехал в школу. Припарковались. Не успел Блэк выйти из машины, как увидел выходящую из автомобиля напротив Маккой, которая с жизнерадостной улыбкой на лице помахала парню за рулем, с которым приехала. Парень помахал ей в ответ. Весело подмигнув ему, Ренесми отправилась к школьным воротам. Прежде чем парень за рулем тронулся с места, Джейк быстро сфотографировал номер его машины на телефон, на что его телохранитель Зак насмешливо закатил глаза.