- Полюбовно не получится, я не хочу разводиться, - спокойно промолвил Каллен, поудобнее откидываясь на спинку кресла. – Думаешь, так легко будет от меня избавиться? – усмехнулся, словно родитель, умиленный шалостью своего ребенка.
- Нет, конечно, - ухмыльнулась в ответ Эсми. – Знаю, что будет нелегко, еще сложнее будет отобрать у тебя половину совместно нажитого имущества, включая прибыль по уже заключенным контрактам, в том числе и с Денали.
Каллен с трудом сдержался, чтобы не засмеяться. Жена ему напомнила котенка, который собрался покусать ротвейлера. И забавно, и грустно – раньше не замечал за ней такой наивности.
- Всего лишь половину? Почему не все? – мужчина не удержался от того, чтобы подколоть жену.
- Думаю, половина – это справедливо. Что-то же должно остаться твоему сыну, который не должен расплачиваться за грехи отца, - спокойно парировала Эсми, стараясь не обращать внимания на насмешки Каллена. В принципе, где-то такой реакции она от него и ждала. Как он отреагирует на ее следующие слова – вот это уже интересно и очень даже рискованно.
- Что ж, если без суда не обойдемся, значит, будем судиться, - продолжила миссис Каллен. – Но хочу сразу предупредить, даже не думай опускаться до грязных манипуляций по отношению ко мне. У меня есть информация о некоторых твоих преступлениях, а именно о твоих инсценировках, во время которых погибли люди. Инсценировка покушения на Денали, затем на самого себя. Доказательства этих преступлений спрятаны в надежном месте, и если со мной или с Беллой что-то случится, она станет достоянием всей страны.
Внешне Карлайл никак не изменился, хотя внутри ситуация переставала казаться забавной.
- Вопрос первый: ты действительно веришь в то, что сейчас говоришь? – спокойно спросил мужчина. – В то, что я могу причинить вред тебе или твоей дочери? Второй… нет, не вопрос, а совет – не пытайся со мной блефовать. И еще констатация факта – у тебя нет и быть не может никаких доказательств, потому что их в принципе нет.
- Хорошо, - кивнула Эсми, - не доказательства, а… - она замолчала, так как в кабинет постучала секретарь и спросила разрешения войти.
Карлайл разрешил, девушка принесла кофе и удалилась.
- Железных доказательств нет, - продолжила миссис Каллен, когда они с мужем вновь остались одни, - но есть достаточно информации для того, чтобы посеять в голове у мистера Денали много разных вопросов и подозрений. И в голове Эдварда… хотя не знаю даже, сможет ли это разочаровать его еще больше…
- Говоришь мне не прибегать к грязным манипуляциям, а сама пытаешься с помощью лжи и клеветы настроить против меня моего ребенка? – в глазах мужчины загорелся недобрый огонек.
- Я пытаюсь? – Эсми насмешливо вскинула бровь. – Брось, ты сам его давно уже настроил против себя. Когда он в последний раз тебя отцом называл, сам-то помнишь?
Удар достиг цели, но Карлайл умело это скрыл. Не желая говорить о своих отношениях с сыном, перевел разговор в другое русло:
- Не боишься ввязываться со мной в судебные тяжбы? В нашей семьи не я один наживал имущество. Сама не боишься лишиться всего, что имеешь?
- Пожалуй, я рискну, - пожала плечами Эсми, пробуя на вкус кофе и ставя чашку обратно на стол. – Зря уволил Селену, повторюсь, она готовила отличный кофе. Этот, - кивнула на чашку, - так себе.
«Стерва», - с неким очарованием подумал Каллен, открывая для себя новые стороны в супруге.
- В общем, ознакомься с документами и дай знать, если передумаешь и согласишься на мировую, - Эсми поднялась.
- Мировой не будет, - уверенно промолвил Карлайл.
- Значит, не будет, - с беззаботным видом повторила женщина.
- Когда ты успела стать такой? – усмехнулся Каллен.
- Какой такой?
- Тебе не идет роль хищницы.
- Шесть лет рядом с тобой не прошли даром, милый, - Эсми заставила выдавить мужу нежную улыбку. – У меня был хороший учитель.
- Что ж, посмотрим, насколько хорошей ты оказалась ученицей, - более серьезно произнес Карлайл.
Эсми выходила из здания Каллена, чувствуя, как вспотели ладошки от волнения и как неистово бьется сердце в груди. Вот и все, она бросила вызов тому, который никогда еще не проигрывал, и назад дороги нет. Измена Карлайла и его поведение после нанесли очень сильный удар, такой после которого нельзя так просто взять и уйти с гордо поднятой головой. Он должен сполна заплатить за свой поступок. Женщина как никто другой знала, как это опасно - воевать с Калленом, но рассчитывала защитить себя и Беллу той информацией, которую знала о муже, то есть тем, что он ни за что не допустит, чтобы эта информация была обнародована. Эсми действительно многому научилась у супруга, в том числе и как привлекать людей на свою сторону, как завербовывать их. И если Карлайл брал страхом и жестокостью, то Эсми завоевывала сердца милосердием и добродетельностью. Среди людей мужа были те, кому миссис Каллен очень помогла в жизни. Одному помогла с лечением онкологического заболевания дочери, второго прикрывала перед мужем в его личных делах, которые Карлайл категорически запрещал. Таким образом, благодарные подчиненные сливали миссис Каллен некоторую информацию про босса, не думая о том, что настанет тот момент, когда добрая и милая жена шефа додумается использовать эту информацию против своего мужа.
У Эмметта активно развивался роман с медсестрой Бони. Его визиты к ней, как пациента к медику, плавно перешли в свидания за пределами больницы с последующими совместными ночами у Эмметта дома.
В один из вечеров МакКартни сидел дома и скучал. У Бони в ту ночь было дежурство в больнице. ГБ-шник позвонил Блэку, чтобы пойти куда-нибудь с ним, но тот оказался на свидании с очередной девушкой. Немного позавидовав прекрасному времяпрепровождению друга, Эмметт собрался и поехал в больницу к Бони, решив, если она не может приехать к нему, значит, он приедет к ней.
Медсестра провела парня через охрану под предлогом сделать ему на лбу перевязку. Как только парочка оказалась в рабочем кабинете Бони, они набросились друг на друга со страстными поцелуями. Подхватив девушку на руки, Эмметт понес ее к столу, на котором и усадил ее. Продолжая свое приятное занятие, парочка сбросила на пол все документы, которые лежали на столе.
Приведя в порядок одежду и в норму дыхание, после бурного секса на столе, Бони начала собирать с пола документы, рассказывая о том, что должна их рассортировать и отнести в архив. Эмметт принялся ей помогать. Поднимая документы, он продолжал общаться с девушкой, строя планы о совместной поездке на Рождество. Неожиданно на глаза парня попалось дело Элис Брендон. Отвлекшись от разговора, он пробежался глазами до диагноза и на мгновение замер, прочитав «аборт».
«Аборт? – переспросил сам себя мысленно. – Как аборт? Она же, вроде, ни с кем не мутила после Эдварда, или… Черт! Может, с Уитлоком? Ведь именно он пытался залечивать ее раны после разрыва с Калленом…»
- Эй, что ты там читаешь? Это вообще-то конфиденциальная информация, - весело промолвила Бони. – Дай сюда, - попыталась забрать документ, но Эмметт не отдал, резко отведя руку в сторону.
- Подожди, - парень серьезно посмотрел на медсестру, - я знаю эту пациентку. Это моя одноклассница и моя приятельница. Тут не совсем понятно, ты можешь объяснить, что у нее тут? Написано аборт, а срок здесь где-то указывается?
- Эмметт, мне голову оторвут, если узнают… - обеспокоенно промолвила Бони. – Ты же не собираешься разговаривать об этом со своей одноклассницей?
- Обещаю, что нет, - на автомате пообещал МакКартни, желая любым способом докопаться до правды.
- Давай, я гляну, что там, - согласилась помочь девушка.
Пока она читала дело Элис Брендон, Эмметт не спускал с нее глаз.
Вернувшись домой под утро, МакКартни и не думал ложиться спать. Информация о Брендон, которую он случайно узнал, не давала покоя. Из головы не выходили слова Бони о том, что Брендон сделали вынужденный аборт, потому что ребенок погиб. Погиб от механической травмы, то есть, беременная либо упала, либо ее ударили в живот. По дате аборта было понятно, что ребенок погиб во время похищения Элис Клофманом. По сроку беременности было очевидно, что ребенок был от Эдварда.