Он не хотел принимать приглашение на обед, не хотел и не собирался, но перевел взгляд на Альдорику и понял, что она нервничает и, совершенно очевидно, сомневается в нем. Как будто думает, что он сейчас поболтает с хозяйкой о каких-то своих неведомых делах, а потом развернется и уйдет, и больше она никогда его не увидит.
Дамиан лихорадочно соображал, что теперь делать. Черт с ней, с каретой; возможно, надо просто взять Дору за руку и покинуть это унылое место — вместе, и дальше пешком до Лорка, а если графиня окликнет стражу, так у него на этот случай за поясом имеется превосходный ствол последней модели, который даже сравнить нельзя со здешними антикварными ружьями. Но он не был уверен в реакции Одуванчика: вдруг начнет упираться — ее тогда тоже вести за собой под дулом пистолета? Дамиан мысленно обозвал себя идиотом и в сотый раз пожалел, что не озвучил Доре свои планы насчет ее будущего еще там, в лесу, когда у него на руках были все козыри.
Он посмотрел на графиню, которая по-прежнему ждала его решения, сияя улыбкой и не забывая шипеть на Дору. Натянуто улыбнулся в ответ:
— Я почту за честь принять ваше приглашение.
Дамиан не видел, как еще можно поступить в этой дурацкой ситуации. К тому же, если быть совсем откровенным, он все-таки проголодался — такое случается даже с великими императорами, будущими властителями мира.
***
Уже полчаса, не меньше, Дамиан прогуливался по портретной галерее старого замка в провинциальном захолустье в компании трех дур, не раз за это время пожалев, что вообще принял приглашение на обед. Графиня вышагивала рядом с ним, девицы пристроились позади. Графиня верещала без умолку, рассказывала бесконечные истории о древнем роде графов Тиорских, ее глупые дочери поддакивали матери и заискивающе смотрели ему в глаза, однако Дамиан не вслушивался и в половину бессмысленных речей. Мысли его были далеко.
Он думал о том, что это странно — вдруг потерять голову. Хотелось снова видеть Дору, хотелось поскорее покинуть стены старого замка — конечно, вместе с ней. Хотелось улыбаться во весь рот — сегодня ему повезло найти настоящую драгоценность. Хотелось прижать ее к себе и больше не отпускать.
Вошел слуга и доложил, что обед готов. Графиня пригласила всех в столовую; там она села во главе стола и настояла, чтобы Дамиан разместился по правую руку. Дочери заняли места напротив.
Дамиан окинул взглядом сервированный стол, обращая внимание и на белую льняную скатерть с монограммами, и на сервиз тончайшей работы, и на дорогие бокалы для вина, и на фамильное серебро с выгравированными гербами, и на изящные подтарельники, и на цветочные букеты в красивых вазах, и на серебряные канделябры. Похоже, владельцы замка были весьма богаты.
Появился лакей с бутылкой вина, которое он без лишних разговоров разлил всем присутствующим.
— За здоровье его величества короля и ее величества королевы! — провозгласила графиня традиционный первый тост.
Дамиан выпил совсем немного — лучше иметь ясную голову.
— Милорд, теперь и вы расскажите нам о себе! — воскликнула хозяйка дома. — Какие дела привели вас в наше захудалое королевство из великой Аскорской империи?
— Я художник, — помедлив самую малость, ответил Дамиан. — Приехал рисовать прекрасные пейзажи Лиаты.
— Как интересно! — пропела графиня голосом настолько сладким, что сразу стало понятно: пейзажи ей не интересны вовсе.
— А где вы живете в Аскоре? У вас есть имение? — подхватила разговор старшая сестра; Дамиан вспомнил, что ее зовут Лин.
— Да, родовой замок, — ответил он, надеясь, что девицы не станут выяснять, где находится этот воображаемый замок, какой годовой доход он приносит и нельзя ли как-нибудь при случае заскочить к нему в гости и остаться там навсегда.
— Мы просто мечтаем послушать ваши рассказы о жизни в Аскоре! — снова запела графиня. — Говорят, по улицам у вас разъезжают самоходные кареты, а дома освещаются с помощью свечей, которые не знают пламени. А одежда? Правда ли, что все аскорцы одеваются так же необычно?
Дамиан с трудом подавил скорбный стон — ему вовсе не улыбалось развлекать этих дамочек разговорами о чудесах техники.
— Верно, миледи, — вздохнув, ответил он. — На улицах Аскора почти не встретишь карету, запряженную лошадьми — у нас в ходу автомобили. Аскор шагнул далеко вперед по пути технического прогресса. И наша мода отличается от лиатанской — у нас носят удобную, практичную одежду. Зато у вас здесь, в Лиате...
Он хотел добавить что-нибудь про природу и чистый воздух, однако запнулся и умолк на полуслове: в комнату вошла Альдорика.